страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Тексты, справочники и документы

Святитель Николай Сербский (Велимирович)
Неделя пред Богоявлением. Евангелие об Иоанне Предтече

Лк., 1 зач., 1:1-8.

Не бывает истинной мудрости без любви, а истинной любви - без мудрости. Мудрость без любви есть мудрость змеиная, себялюбивая и ядовитая; любовь без мудрости - ливень в то время, когда иссохшая земля ожидает ласкового дождика.

Как безмерна мудрость Божия! И ничто не сравнится с нею в безмерности, кроме любви Божией. Сколь велики мудрость Божия и любовь Божия, явленные в сотворенной природе! И все же они лишь тень мудрости и любви, выказанных Богом чрез Господа Иисуса Христа в деле человеческого спасения. Насколько явлены при Первом Творении мудрость Божия и любовь Божия! Но это мудрость создания того, кого не было, любовь давать тому, кто не имел. Мудрость же, выказанная при Новом Творении, есть мудрость лечения тяжко болящего, и любовь при Новом Творении есть любовь самопожертвования.

Еще раз, и еще дважды, и еще много раз прочтите Евангелие Господа и Спаса нашего Иисуса Христа и напейтесь несказанной мудрости Божией и любви Божией. И вы почувствуете удвоившееся и многократно умножившееся здравие души, и силу души, и радость, и жизнь.

Господь приходит в мир, чтобы мир исцелить, обновить, воскресить из мертвых. Как приходит? Приходит как Воевода, пред Коим и за Коим идут войска. Воинство небесное толпится вокруг Него, впереди и позади Него. Можно подумать, вы увидите царского сына в шелках и порфире, - а тут Младенец, рожденный в овечьей пещере и спеленатый в яслях воловьих!

Можно подумать, вы увидите генерала, у дверей которого поднимается лес штыков, защищающих его жизнь от вылазок предателей и нападения врагов. А тут - безоружный и незлобивый Отрок, на Коего сразу же после Рождения цари земные и князья устроили охоту, словно на оленя.

Можно подумать, вы увидите царя в порфире, восседающего в золотой колеснице, в сопровождении блистательной свиты вельмож. А тут - простой Ремесленник, Который, неслышный и неведомый, долго шагает и по камням, и по пыльной проезжей дороге, и по поросшим терновником тропинкам - издалека, из самого Назарета к устью Иордана, дабы преклонить Свою главу под десницу Иоанна Крестителя и креститься, как и прочие люди.

"Да где же эти Его войска?" - спросите вы. Здесь, вокруг Него, впереди и позади Него. То блистающее ангельское воинство, видящее во Христе своего Воеводу и Царя. Они желали бы носить Его на херувимской колеснице, но Он не хочет - и только Он знает, почему не хочет, Он и Отец Его и Дух Святый. Желало бы ангельское воинство облечь Его в солнце, и украсить звездами, и препоясать радугой, но Он того не хочет - и только Он знает, почему не хочет того. Желали бы ангелы гласом трубным возвещать о Его пришествии; желали бы сразу, своим могуществом и силою, отверзть очи всем людям на земле, да прозреют и познают Господа своего. Желали бы ангелы - и могли бы - дать язык и дереву, и камню, и воде, и воздуху, чтобы вся природа встретила Его восклицаниями: "Осанна! Осанна!" Но Он того не хочет - и только Он знает, почему не хочет.

И мы теперь знаем, почему Он этого не хотел. Всю сию славу Он имеет в вечности. Но ныне Он спустился в тенета времени, в темницу греха и смерти, где бесчисленные братия Его плачут и рыдают, и сходят с ума от греха, и истлевают от смерти. Он вторгся во вражеский лагерь, и Он, переодетый в пленника, похожего на всех остальных пленников, ступает осторожно и мудро, дабы властителей этого лагеря для пленных схватить и связать, а братий Своих плененных освободить и вознести в Царство Бога и бессмертных ангелов.

Те воинства ангельские для Него постоянно были видимы, а для других людей они только время от времени блистали, словно редкие солнечные лучи из-за темной тучи. У Его земной жизни было, в общем, три начала. Одно начало обозначено Зачатием и Рождеством, другое - Крещением, а третье - Воскресением. Первое начало означает Его пришествие в мир, второе - Его проповедь чрез явные слова и явные чудеса (ибо Он и как Младенец проповедовал и творил чудеса, но это было тайно, неизглаголанно и невидимо), а третье - основание Его бессмертного Царства. При первом и при последнем начале ангелы были видимы и для прочих людей. А при втором начале, то есть при Крещении Его, была явлена Сама Святая Троица. Но и второе начало было не без явления ангелов. Явился один ангел; и сие был не бесплотный ангел, но человек, имя ему Иоанн, сын первосвященника Захарии и жены его Елисаветы. Он не был ангелом как прочие ангелы, но был назван ангелом чрез пророка. Вот, Я посылаю Ангела Моего, и он приготовит путь предо Мною, - глаголет пророк (Мал.3:1).

С этого пророчества начинает свое Евангелие святой Евангелист Марк. И в том есть некая умилительная тайна. Всякий Евангелист начинает свое Евангелие по-особому. Евангелист Иоанн начинает с вечности; Матфей начинает с Авраама; Лука начинает с земного Рождества Спасителя; а Марк - с Крещения на Иордане. Почему все Евангелисты не начинают с одного и того же? Но, скажите мне, где сие единственное начало Иисуса Христа? Трудно проследить, где начало мертвой вещи; еще труднее - где начало живого человека; кольми паче - где начало Жизнодавца, чрез Коего все начало быть. На самом деле, и у каждого из нас есть четыре начала, доступные нашему уму или же нашему восприятию. Одно наше начало - в Боге, другое - в наших прародителях, третье - в наших родителях, а четвертое - в том времени, когда мы начинаем осуществлять наибольшую деятельность в этом мире. Но у Христа есть и еще одно, пятое, начало по отношению к тебе, как и ко всякому из нас. А именно: Иисус Христос, Сын Божий, и Его Евангелие начинаются для тебя тогда, когда Он воскресает в сердце твоем и уме как единственный твой Спаситель. Тогда, когда Он перестанет быть в тебе только как золотая лампада, наполненная елеем, но не горящая; но когда зажжется и будет согревать и освещать все твое существо. Тогда, когда Он станет для тебя хлебом насущным, без коего ты не можешь провести ни единого дня. Тогда, когда Он будет для тебя ценностью большей, нежели вся вселенная, все блага, родные и друзья; когда Он станет тебе дороже самой земной жизни твоей. Тогда для тебя наступит истинное начало Иисуса Христа. Лишь тогда ты сможешь уразуметь и прочие четыре начала, упомянутые четырьмя Евангелистами.

Евангелист Марк открывает свое Евангелие началом общественной проповеди Христовой и Его общественного служения в мире. И тут же он выделяет пророчество пророка Малахии об Иоанне Предтече как ангеле, идущем пред лицем Господним.

Почему и пророк, и Евангелист называют Иоанна ангелом, хотя он был не ангел, но человек? Во-первых, потому что Иоанн своею жизнью уподобился ангелу небесному и из всех смертных людей наиболее приблизился к жительству ангельскому. Во-вторых, дабы ты познал: цель служения Христова на земле - сделать из людей ангелов; из смертных, грешных, природой порабощенных людей сделать бессмертные, безгрешные и свободные от природы создания, каковы святые ангелы на небесах. Чем же святой Иоанн уподобился ангелу? Во-первых, своим послушанием Богу; во-вторых, своею свободой от мира; и в-третьих, своею беспопечительностью о телесной жизни своей. Первое есть основание всего, второе проистекает из первого, а третье - из второго.

Ангелы всецело послушны Богу. Им постоянно и непосредственно открываются неизреченные тайны Божией мудрости, силы и любви, и их послушание своему Творцу основывается не на необходимости, а на радости и смирении. И святой Иоанн был всецело послушен Богу от самого своего младенчества. Рожденный от престарелых родителей, он еще в раннем детстве остался сиротою, и Бог стал для него единственным родителем, единственной опорою и единственной любовью. Его отец был первосвященником, и это могло укрепить Иоанново богопознание. Его зачатие во чреве престарелой неплодной матери, совершенное силою и волею Божией, не могло остаться для него неведомым. Если евангелист Лука мог знать дивную историю зачатия Иоанна, тем паче должен был знать ее сам Иоанн. Он ведал, что ангел Божий известил о его рождении, и он ведал пророческие слова ангела: он будет велик пред Господом; не будет пить вина и сикера, и Духа Святаго исполнится еще от чрева матери своей; и многих из сынов Израилевых обратит к Господу Богу их; и предъидет пред Ним (пред Иисусом) в духе и силе Илии (Лк.1:15-17). Все сие было высечено в сердце маленького Иоанна неизгладимо, словно на каменных скрижалях. Главные пути его жизни Бог открыл ему от младенчества, и ему сразу же должно было быть ясно, что ему следует делать и какою жизнью жить. Он тут же удалился в пустыню (Лк.1:80), дабы деннонощно внимать духом своим воле Бога живаго. Он весь предался Богу и во всем полагался на Бога. Ему не нужно было, чтобы его учил кто-либо из людей; ибо с ним непосредственно общался и Сам, непосредственно, открывал ему волю Свою Тот, от Кого и люди получили лучшие из своих знаний, передаваемых ими друг другу. И так, в удалении от мира, Иоанн полностью прилепился к Богу, подобно ангелам небесным. Как и ангелы, он пил прямо из Праисточника мудрости, силы и любви. Потому пророк и называет его ангелом.

Кроме того, Иоанн был подобен ангелам небесным и своею свободой от мира и людей. Мир для него был прахом, который то зеленеет, то чернеет, но всегда остается прахом. Люди для него были рассеянным стадом, потерявшим из вида своего пастыря. Что суть мир и человек пред вездесущей силой живаго Бога? Что - их сила, их похвалы, их угрозы? То же, что и пузырь на поверхности глубокого моря. Мир не может дать человеку никакого блага, не позаимствовав его у Бога; и никакого вреда не может мир причинить человеку в присутствии Божием и без попущения Божия. К чему тогда раболепствовать пред миром? К чему ожидать чего-либо от этого должника Божия? К чему бояться мира, если весь мир живет в страхе и дышит страхом? Посему Иоанн, как ангел Божий, нимало не прилеплялся к миру и не имел не малейшего страха пред миром. Посему Иоанн и гремит бесстрашно против грешных вельмож иерусалимских, коим прочие люди кланяются, как идолам: порождения ехиднины! кто внушил вам бежать от будущего гнева (Лк.3:7)? И на Ирода изливает он обличения за все, что сделал Ирод худого (Лк.3:19). Иоанн не считается ни с кем, кроме единого Бога живаго и Его святой воли. Он не различает людей ни по одежде, ни по знатности, ни по власти, ни по учености, ни по богатству, ни по возрасту - он различает их лишь по свойствам души их. Его очи и видят не телесных людей, но нагие человеческие души, кои для прочих очей сокрыты под маскою тела. Таковую свободу от мира и людей имеют лишь ангелы Божии. Потому пророк и называет Иоанна ангелом.

Кроме того, Иоанн уподобился ангелам и беспопечительностью о своей телесной жизни. Ангелы не телесны, как люди, но и они имеют блистающее облачение своей личности, кое можно назвать телом небесным (1Кор.15:40). Ангелы совершенно беспопечительны о себе. Их не томит забота о том, что им есть, что пить и во что одеться. Служа Богу, они знают, что Бог будет их и питать, и поить, и одевать. Какой домовладыка на земле оставит своих верных слуг алчущими и нагими? Кольми паче Бог заботится о верных служителях Своих. Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? Мы окружены Богом более, нежели воздухом и светом. Он ведает существо наше, и Он ведает потребности наши. И Он ежедневно удовлетворяет потребности наши. Почему не все люди могут это увидеть? Потому что иногда бывает неурожай и голод! Почему Бог попускает сие? Потому что Бог должен питать не только наше тело, но и нашу душу. А опыт показывает, что порою телесный голод делается пищею для души. Самым очевидным доказательством этого является пост. Всегда сытое тело обычно показывает всегда голодную душу. Кто постится, тот душу угощает. Чем более человек навыкнет поститься, тем более он уменьшает попечения о своем теле и увеличивает радость своей души. Сие не достаточно просто сказать и просто услышать; сие становится ясным само собою, когда человек старается так поступать и применяет это в жизни.

Святой Иоанн, как и все святые, жил не книжною мудростью, но опытной действительностью. Он научился беспопечительности о своей телесной жизни не из прочитанных книг и не из поучений мудрецов, кои говорят, но не показывают; он научился беспопечительности, упражняясь в ней. Он упражнялся в посте и увидел, что человек может жить не только без всех тех яств, о коих он так заботится, но и без хлеба. Сам же Иоанн ел акриды и дикий мед. (Акриды сии были, по утверждению святых отцов, верхушки неких пустынных растений, называемых "мелагра". Дикий мед - это горький мед диких пчел, находившийся в дуплах деревьев и расселинах скал.) Он не употреблял ни вина, ни каких-либо иных крепких напитков. И не сказано, что он когда-нибудь жаловался на голод или на жажду. Не акриды и дикий мед питали его, но сила Божия, подаваемая верному и послушливому служителю Божию чрез акриды и дикий мед. Хлеб ангельский яде человек (Пс.77:25). Так обычно и бывает с верными и послушливыми, в то время как неверные и непослушливые вынуждены вместе с роскошной кухней держать и большую аптеку. Ибо чрез роскошные яства и напитки неверный и непослушливый получает не пищу для души и тела, но отягощенность, гнев и болезнь. И о жилье и одежде не заботился Иоанн. Жильем его была пустыня, покрытая сводом небесным, одежду же он носил из верблюжьего волоса и пояс кожаный на чреслах своих. Подобным образом был препоясан и Илия, что означает мертвость страстей и готовность исполнять волю Божию. А обувь? А головной убор? Если долго жить без обуви, то ноги сами станут обувью. И если долго ходить с непокрытой головою под звездным сводом, то для головы пространный венец звездный станет удобнее, чем тесный убор из шерсти и травы. Он видел душу свою более облеченной в солнечные ризы небесных ангелов, нежели в падаль плоти. ("Подвижники, истончая плоть, истончают и грех; они стараются быть бестелесными, изнуряя смертное бессмертным". Свт. Григорий Богослов.) Вероятно, и он, как и апостол Павел, и многие другие угодники Божий, часто не знал, в теле ли он или вне тела (2Кор.12:3-4). Отдыхал и спал он или под ясным небом, или в одной из многочисленных пещер в заиорданской пустыне. Но к чему ему было о том хлопотать, если душа его упокоевается в царских объятиях небесного Творца? Ядовитые ехидны и голодные львы были его соседями. Однако он их не боялся, ибо ведал, что над ним бдит всевидящее Око. И к чему их бояться, если они не могут повредить душе его? А свое существо он видел в своей душе, а не в своем теле. Люди, видящие свое существо только в своем теле, борются за свое тело, ищут для него удобств, заботятся о нем. Святой Иоанн был свободен от всякого телесного попечения. Все его заботы были о душе, а воля Божия была единственным законом и властителем души его. В этом он уподобился ангелам небесным. Потому пророк и называет его ангелом.

Но есть и иное пророчество о святом Иоанне. Великий пророк Исаия называет его глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему. Если первое пророчество более относится к личному характеру святого Иоанна, то сие второе более касается характера его служения, его миссии. Так в чем же должно заключаться его служение? В том, чтобы, вопия в пустыне, предупреждать людей, да приготовят путь Господу. Под пустынею подразумевается прежде всего пустыня заиорданская, откуда сильный Предтеча Христов и вострубил человечеству тревогу: "Покайтесь! Се, гнев грядет! Се, секира при корне дерев лежит! Се, всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь! Се, идет Сильнейший меня, и лопата Его в руке Его! Се, Он сожжет солому огнем неугасимым! Покайтесь!"

Под пустынею подразумевается и все человечество, и вся история человечества, кою грех иссушил, будто чахотка. Предтеча - первая ласточка новой весны. Но сам он не является ни весенним солнцем, ни весенним благоуханием, ни весеннею песней; он только трубач, будящий уснувших во время долгой зимы. Он только вестник Весны, а Весна - Господь Иисус Христос.

Под пустынею подразумевается и ветхая душа человеческая, отлученная от Бога и ушедшая во тьму смертную, как подземная река - в пески пустыни. Святой Иоанн есть совесть, выводящая реку к Солнцу, а Христос - Солнце. Совесть - предтеча любви, как Иоанн - предтеча Христа.

Приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему. Как? Исповедуйтесь и покайтесь. Сотворите сие немедля, ибо Господь грядет. Он будет стучать в двери каждой души. Исповедавшийся и покаявшийся будет держать двери души отверстыми, и Господь войдет, и подаст ему жизнь вечную. А не исповедавшийся и не покаявшийся оставит двери души затворенными и заржавевшими от греха. И Господь пройдет мимо него. Но за Ним идет секира и огонь, так же как пред Ним идет весна с солнцем, благоуханием и песнею. Путь Господень и стези Его суть души человеческие; кривизны на них - грехи и беззакония.

Что означает приготовьте путь Господу, пророк Исаия объясняет еще и следующими словами: всякий дол да наполнится, и всякая гора и холм да понизятся, кривизны выпрямятся и неровные пути сделаются гладкими (Ис.40:4). То есть: все то, что вы считаете низким и немощным, подымите высоко, а все то, что считаете высоким и крепким, низвергните вниз. Или, иными словами: Бога вы считали низким долом, хотя Он есть наивысшая высота; а мир материальный считали наивысшей высотой, в то время как он является долом и подножием ног Божиих. Грех перевернул весь мир вниз головой. Отвергните грех, и мир снова встанет на ноги. Потому исповедуйтесь и покайтесь, и креститесь крещением покаяния для прощения грехов.

Явился Иоанн, крестя в пустыне и проповедуя крещение покаяния для прощения грехов. Почему Иоанн - предтеча Христов? Потому ли только, что он явился миру за несколько месяцев до Христа? Нет, но также и по проповеди и по делу своему, коими он приуготовлял людей ко встрече со Христом. Вся его проповедь есть призыв людей к покаянию; все его дело есть крещение покаяния для прощения грехов. Покаянию, проповедуемому Иоанном, предшествует исповедание грехов; за крещением, совершаемым Иоанном, следует прощение грехов. Исповедь, покаяние и крещение водою совершает сам Иоанн, но прощать грехи не в его власти. Прощать грехи может только Христос. Сам Иоанн признал это и выразил в словах: я крещу вас водою, но идет Сильнейший меня, у Которого я недостоин развязать ремень обуви; Он будет крестить вас Духом Святым и огнем (Лк.3:16). Тем он признал, что своим крещением лишь приуготовляет людей ко крещению Христову. Его крещение - в большей степени знамение, а Христово крещение - истинное крещение, которым человек очищается от греха и становится новою тварью, и усыновляется Богом, и входит в число полноправных граждан Царства Небесного.

Пустынный пророк, Иоанн ведал человеческую природу до величайших ее глубин, ведал всю ее слабость, удобопреклонность ко злу и непостоянство. Он познал это на протяжении тридцати лет своей уединенной жизни в пустыне. Чрез себя познал он весь мир и все, что бывает и может быть в мире. Его победоносная брань с самим собою дала ему и неисчерпаемое ведение человеческой природы. Потому он и выходит ныне к людям со свободою победителя. Его знание - не из книг, но из первых рук, от Бога посредством личного опыта. Вот почему и проповедь его носит чисто практический характер. Он не верит людям на слово. Даже когда человек искренно исповедуется и искренно принесет свое покаяние в содеянных грехах, Иоанн ему не верит. Ибо Иоанн ведает слабость и непостоянство природы человеческой. Ведает сие Иоанн и всеми силами настаивает на том, чтобы покаянники подтвердили свои слова и делами. Для долго согрешавшего человека грех становится навыком. Теперь его навыком должна стать добродетель, а это может произойти только после долгих упражнений в добродетели. "И добрый навык, и злой питает время, как дрова питает огонь" (сщмч. Петр Дамаскин). Потому Иоанн, с сомнением взирая на мгновенно покаявшихся, взывает к ним: Сотворите же достойные плоды покаяния (Лк.3:8).

Гордым фарисеям, саддукеям и книжникам иерусалимским, кичившимся своим происхождением от праотца Авраама, Иоанн вопиет: и не думайте говорить в себе: "отец у нас Авраам", ибо говорю вам, что Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму (Мф.3:7-9). Греховная мысль и греховные слова, сказанные в себе, суть первое тайное зло в человеке, из коего после исходит все явное зло. Чем может помочь словесное покаяние, если человек продолжает в себе мыслить и говорить злое?

Злая мысль и произнесенное про себя злое слово являются не только мыслью и словом, но и злым делом, даже и до того как их засвидетельствует внешнее злое дело. Змея, в зубах у которой содержится яд, - ядовитая змея, независимо от того, укусила она или нет; и когда она не кусает, она остается ядовитою змеей, а не беззлобным голубем. Бог может из камней сих воздвигнуть детей Аврааму - это кроет в себе несколько значений. Во-первых, Бог воистину силен из камня сделать Себе людей, каких Ему угодно. Потому Иоанн указывает вождям народным из Иерусалима на простых кающихся людей, которых те презирали, словно мертвые, неотесанные камни. Из сего простого народа Бог воздвигнет Себе апостолов, Евангелистов, святителей и героев из героев; а вождей народных, сияющих земным, преходящим и ложным блеском, Бог отвергнет, если они не сотворят достойных плодов покаяния. В-третьих, и язычников, поклоняющихся мертвому камню и дереву, Бог может сделать служителями Своими. Напрасно мудрецы израильские гнушаются их, как чего-то нечистого и не достойного ни земли, ни неба; если эти мудрецы не покажут себя на деле детьми Авраамовыми, подобными Аврааму, праведному и Богу верному, Бог из язычников сотворит Себе верующих, как язычники сотворили себе богов из камней. И, наконец, пусть не гордятся мудрецы мира сего одним своим знанием законов земных и законов Божиих, если сердце их твердо как камень. Истинно, доколе сердце их твердо как камень, ум их, переполненный разнообразными знаниями, будет вести их прямо в огонь вечный. Они привыкли ценить лишь знание, но пренебрегли сердцем; более того, они даже гордятся черствостью сердца. Однако Бог может сердце сделать отправным пунктом человеческого спасения, сердце, а не ум, как и изрек Господь чрез пророков: И дам вам сердце новое, и дух новый дам вам; и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное (Иез.36:26). Накопленные знания не могли умягчить их сердец. Но Бог может умягчить сердца по-настоящему покаявшихся Своею благодатью, как воск огнем; и тогда теплотою и светом сердца осветится и ум верных всеми потребными знаниями.

Так Иоанн учит жестоковыйных мудрецов иерусалимских на деле показывать искренность своего покаяния. А величайшее дело, кое они, гордецы, презирающие прочих людей, могут сотворить, есть отвержение своих кичливых мыслей и сказанных в себе речей, что они являются детьми Авраама.

От других людей Иоанн требует иных плодов покаяния, а именно: у кого две одежды, тот дай неимущему, и у кого есть пища, делай то же (Лк.3:10-11). Иоанн ведает, что покаянники сии отравлены злым навыком, имея две одежды, отнимать и третью и, имея и избыток пищи, не делиться с неимущим, но копить все больше и больше. Потому ныне он направляет их к новому навыку: творить милостыню, помогать бедным, давать и наделять, да расширят таким образом свое тесное сердце и ощутят братство людей и Божие Отцовство, в кое их в полноте введет, крестя Духом Святым и огнем, Сильнейший Иоанна.

Мытарям же Иоанн советует принести иные плоды покаяния, в соответствии с их злым навыком брать с народа более, нежели требует закон. Мытари были сборщики, откупавшие право сбора налогов и обогащавшиеся чрезмерными и противозаконными поборами с народа. Навык сей столь в них укоренился, что они гордились неправедно приобретенным богатством, как и мудрецы иерусалимские - своею мудростью, основанною на неправде. Чем они могли бы более засвидетельствовать свое покаяние, если не отвержением этого злого обычая и соблюдением предписаний закона? Мудрый Иоанн потому и дает им лекарство в соответствии с болезнью.

Что советует Иоанн воинам? Никого не обижайте, не клевещите, и довольствуйтесь своим жалованьем (Лк.3:14). Опять же, по болезни и лекарство. Вооруженный человек склонен обижать. Само оружие толкает его на это. Чтобы обидеть, он должен придумать некое мнимое оправдание насилию, как для своей совести, так и для людей; отсюда, вооруженному обидчику свойственно клеветать на других и жаловаться на малую плату. Дабы покаяние воинов имело истинную ценность, они должны отказаться от своих злых навыков, а именно: от обид, клеветы и жалоб на малую плату.

Всего того, что святой Иоанн советует сотворить как плоды покаяния, не достаточно для спасения души от греха, но достаточно, дабы удостоить людей выйти пред Господа. Задача Предтечи и была в том, чтобы вострубить тревогу, да очистятся люди хоть сколько-нибудь и да удостоятся выйти пред Божественное лице Спасителя.

Взирая на страшного пророка, к которому выходила вся страна Иудейская и Иерусалимляне, и слушая его необычные возглашения и угрозы о секире и огне, люди спрашивали его: кто ты? 0н объявил, и не отрекся, и объявил, что я не Христос. И спросили его: что же? ты Илия? Он сказал: нет. Пророк? Он отвечал: нет. Сказали ему: кто же ты? чтобы нам дать ответ пославшим нас: что ты скажешь о себе самом? Он сказал: я глас вопиющего в пустыне: исправьте путь Господу, как сказал пророк Исаия (Ин.1:19-23). И смиренно признавал и исповедовал Иоанн: идет за мною Сильнейший меня, у Которого я недостоин, наклонившись, развязать ремень обуви Его.

Христос пришел, дабы научить людей забытому смирению и попранному послушанию. Он дал нам совершенный пример Своего смирения и Своего послушания Отцу Небесному. И Его Предтеча своим примером учит нас смирению и послушанию - своим примером безгрешного смирения и послушания Христу.

Люди, не имеющие смирения и послушания, не имеют мудрости и любви. А не имеющий их не имеет и Бога. А не имеющий Бога не имеет и себя, но его словно бы и нет: тьма и тень смертная.

Если кто-то из нас скажет: "Христос - слишком возвышенный пример для меня, я не могу на Него равняться", - вот ему Иоанн Предтеча, который, как человек, ближе смертным людям. Пусть равняется на смирение и послушание Иоанна. Но, увы, не желающий творить добро всегда найдет предлог для своего бегства от добра. Ищущий же света для своего жалкого существования на земле с радостью обретет его в звезде Иоанна Крестителя. Блажен тот, кого звезда сия, как та, что привела волхвов с Востока в Вифлеем, приведет к наиблистательнейшему Солнцу, Господу Иисусу Христу, Который есть единственная песнь ангелов и единственное спасение человеков, вчера, сегодня и завтра. О сем же Ему подобает честь и слава, со Отцем и Святым Духом - Троице Единосущной и Нераздельной, ныне и присно, во все времена и во веки веков. Аминь.

Святитель Николай Сербский (Велимирович). Беседы. книга вторая - М.: "Лодья", 2003, сс.102-119.
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение