страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Святитель Феофан Затворник. Созерцание и Размышление

Святитель Феофан Затворник
Созерцание и Размышление

БОГ ВЕКА СЕГО

Бог века сего (2Кор.4:4) в других местах Священного Писания называется князем мира (Ин.12:31; 14:30), миродержителем тмы века сего (Еф.6:12), духом, действующим, в сынах противления (Еф.2:2). Он бог века сего потому, что живущие по духу его покорствуют ему, охотно внимают внушениям его и усердно действуют по началам его. Эта власть не прирожденная ему, а случайная, основанная на оплошности людей, падких на плотскую жизнь в самоугодии. Покорные ему не прямо ему покорствуют, а преданы лишь самоугодию; самоугодие их отворяет дверь для входа ему в души, куда он вошедши, бушует, увлекая их на злые и срамные дела, смотря по степени самоугодливости каждого. Сам он редко вступает в дело. Личным его делом было прельщение прародителей, искушение Христа Спасителя и будущее действование в антихристе. Обычно же действует он чрез полчища бесов, которые всюду шныряют и во все вмешиваются - нельзя ли где состротить что-либо худое. Иные из них поселяются в телах людей, в тех частях, чрез которые преимущественно действует страсть, которой кто предан. Бесноваты не одни те, в которых буйство беса видимо обнаруживается; в наибольшей части бесноватых бесы смирно живут, лишь чрез внушение заправляя их страстными делами и усиливая деятельность свою в ту пору, когда кто задумает покаяться и исправиться. У иных живет по нескольку бесов; это у тех, которые работают многим страстям. Вот чрез них-то и властвует бог века сего. Язычники поклонялись ему, обоготворив страсти; теперь же кланяются ему рекомые христиане, преклоняясь пред влечениями страстей, им разжигаемых и управляемых.

Как ослепляет он разумы неверных? Совсем заслоняя от них Бога и порядок вещей Божественных и оковывая сознание их одним видимым и осязаемым, как будто невидимого и неосязаемого ничего и нет. Бывает у них и Бог на языке, но это слово проходит чрез уста бесследно; промелькает и речь о смерти, но так, как будто это дело их не касается. Обыкновенно же они сами для себя - бог, сами о себе промышляют, сами устраивают участь свою, полагаясь во всем на себя одних и опираясь на подручные им средства и способы. Цели их не заходят далее пределов настоящей жизни. Эту одну думают они превратить в жизнь райскую, об этом лишь у них вся забота, сюда направлены все планы их, на это одно обращаются все их предприятия. Цель их - жить в довольстве, с почетом и с наибольшею мерою утешностей и сластей. Тут не берется в расчет совесть, и страх Божий не проходит в эту тьму чувственную. Совесть истинная попрана, место ее заняло правило держать себя приличнее среди других и не ударить себя в грязь лицом. Бог для них нечто стороннее, а внешнее исполнение религиозных обычаев считается вполне достаточным для того, чтобы не бояться Его, как будто ни Ему до нашей души, ни нашей душе до Него и дела нет. К этому кругу принадлежат не одни воры, разбойники, блудники, пьяницы и другие явные грешники: эти у них бывают не на хорошем счету. Миролюбная жизнь обыкновенно течет степенно, с видимым глянцем исправности, достодолжности и величавости. Дух этой жизни богопротивен; он-то и причиною того, что очи сынов века смежены для того, чтобы узреть свет благовестия. Благовестие одной принадлежит области, а они всем строем своей жизни относятся к другой. У них нет ничего общего с благовестием, да оно и невместимо для них.

Начало действию благовестия полагает растревожение совести, а сыны века всегда самодовольны, потому что не знают за собою никакой вины и не понимают, что это за требование такое, когда говорят: покайся, приближилось Царствие Божие (Мк.1:15). Страх суда Божия завершает действия, но сын века говорит: "Что ж, жертва принесена, я поставил свечку, отслужил молебен, что ж еще? Смерть и суд далеко, поживем еще!" И никак не прививается к нему мысль, что суд обрушится на него всею тяжестию правды. Следовать благовестию воодушевляет обетованный рай - вечное блаженство, но сыны века думают, что уже обладают раем, живя всегда в собственное удовольствие, погрязая в видимом и осязаемом; они никакого не могут восприять сочуствия к раю невидимому и блаженству в неосязаемом. Эти три момента, столь существенные в настроении сынов века и столь противоположные началам благовестия, и делают то, что благовестие для них нечто темное, невнятное, невместимое. Все в нем чуждо для них; ничего в нем не могут они взять в толк как следует; никакого сочувствия не вырывается из груди их к вещаниям его: слыша не слышат, видя не видят, отолсте бо сердце людей сих (Мф.13:15). Вот настоящий смысл слов: бог века ослепи разумы неверных (2Кор.4:4), дух сынов века, действующий в них под влиянием бога века - сатаны, сделал их неспособными внять благовестию, понять его благотворность и принять его. Они, не говоря, говорят благовестникам: "Проходи дальше; это нас не касается".

Ослепи, говорит апостол, во еже не воссияти им свету благовестия славы Христовы (2Кор.4:4). Свет благовестия, когда внемлется и приемлется, воссиявает, как ярко светящий светильник, мгновенно возженный в темном месте. Для внявшего оно все освещает, и все для него делает понятным: ясно видит он и безвыходную гибельность, в какой находится, и пригодность способа к выходу из него, предлагаемого благовестием, потому и емлется (хватается. - Ред.) за него всеми силами естества своего. Когда же и делом вкусит целительность его, тогда духовному свету, воссиявающему в нем, меры нет. Одним взором обнимает он и прошедшее, и настоящее, и будущее, и небо, и землю - и все видит объемлемым от единого Бога в Господе Иисусе Христе благодатию Духа Святого. Исходный же пункт света - лице Господа Иисуса Христа, Сына Божия, воплотившегося, прославившего в Себе бедное естество наше и посадившего одесную Бога и Отца. Благовестие, все освещая, в особенности осиявает лик Христа Спасителя, так как оно все стоит на Нем; потому и есть оно благовестие славы Христовы. Ничего этого не видят неверующие, ибо смежили умные очи свои неверием. Дверь тайн Божиих и не отверзается для них, и свет их не осиявает их. Бог века держит их во тьме и не дает воссиять в них свету Божию. Он это делает не властительски, а злокозненно, ухищряясь обольщать сынов века. Ходя в прелести, не замечают они омрачения своего и довольствуются мраком, обманно полагая, что это и есть свет. Но как ни густ мрак ослепления, тут ничего нет приневоливающего. Сами хотят - и слепотствуют; захотят - и откроют глаза, ибо свет Божий вокруг. Бог века всячески хлопочет держать их в ослеплении, но это делает он, поднося им ослепляющие элементы, которые они сами охотно принимают и ослепляются. Непосредственной же власти бог века ни над кем и ни над чем не имеет и насиловать никого не смеет. Сами мы во всем виноваты.

"Домашняя беседа", 1877, вып. 42, с. 1150-1153.

| Пред. | Содержание | След. |

Святитель Феофан Затворник. Созерцание и Размышление. - М.: "Правило веры", 2000
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение