страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Тексты, справочники и документы

О. Валентин (Свенцицкий)
Граждане неба. Мое путешествие к пустынникам Кавказских гор

ОГЛАВЛЕНИЕ
I. Как я искал пустынников. Ехать или не ехать? "Строитель монастыря". "Член Государственной Думы"
II. Дилижанс Сухум - Цебельда
III. "Гостеприимный" Феопемпт. О. Иван о пустынниках
IV. "Испытание". По долине реки Кодор
V. Праведный Филипп
VI. Дорога до Аджар. У подножия горы
VII. О. Никифор
VIII. Вечерня. "Таинства". Ночь
IX. О. Вениамин
X. "Помещик"
XI. Лисичка
XII. Дорога на Брамбу. Встреча. Объяснение. Земной поклон
XIII. О. Сергий
XIV. О. Исаакий
XV. Пустынники и монахи
XVI. Утром. Подъем на гору
XVII. На горном хребте
XVIII. Разбойники
XIX. Последний день
XX. Обратная дорога

XIV. О. ИСААКИЙ.

Выходим на терраску. Там ждут нас - о. Иван и о. Исаакий.
О. Исаакий еще раз здоровается со мной. У него красивое, хорошее лицо. Правильный, с горбинкой нос, темная борода, глаза большие, серьезные. Движения спокойные, уверенные. В маленьких руках четки. На всей его фигуре печать очень большой интеллигентности.
Очевидно, о. Иван уже рассказал ему о том, что произошло у нас с о. Вениамином, потому что сразу начинает со мной разговор об этом.
- Вам не надо обижаться на них, - говорит он с мягким укором, надо понять таких вот, как о. Константин. Он простой, серый крестьянин, ничего не знает, ни о чем не слыхал, - и страшно теперь запуган, - боится и лесничего, боится и духовной власти и светской, - а тут говорят ему: приехал из Москвы... член Государственной Думы... фотографирует кельи... и т.д. и т.д... Он бедный совсем перепугался наверное и Бог знает, что ему представилось.
- Да мне и самому совестно, - сказал я, - что сделал из этого такую историю...
- Теперь, слава Богу, все кончилось хорошо, - успокаивает о. Иван.
- Кончилось, так не надо и вспоминать, - говорит о. Сергий, - пойдемте, огород наш посмотрите. Прямо перед кельей посажена кукуруза.
- Разве у вас медведи не трогают кукурузу? - спрашиваю я.
- Пока не попробовал, - ничего. А вот, если хоть раз попробует, ну тогда не успокоится, пока всю не поломает, - улыбается о. Сергий.
И сколько раз потом ни заходила речь о медведях, о. Сергий всегда говорил об них с улыбкой, точно о симпатичных, но немного смешных людях. И называл:
"Мишкой" и даже "Мишенькой".
За кукурузой большое "поле" картофеля, несколько гряд луку, чесноку, фасоли, и небольшая грядка густо-. то необыкновенно высокого гороха.
- Это мне человек один из Сибири семян привез, - сказал о. Сергий, видимо, любуясь своим детищем.
У о. Сергия огород не поражает образцовым порядком, как у о. Трифиллия, но видно, что много в него положено труда и заботы.
- Я плохой помощник, - говорит о. Исаакий, - все о. Сергий трудился один.
- Вы, кажется, болеете? - спросил я.
- Да, лихорадка... а может быть и чахотка.
- Почему вы думаете, что чахотка? Разве у вас кашель?
- Нет, кашля нет... Но слабость, пот. Лихорадит постоянно... В молодости я жил в Петербурге, служил в бронзовой и золотильной мастерской - может быть, оттуда еще захватил болезнь...
О. Иван и о. Сергий отстали от нас.
О. Сергий крикнул:
- Вы погуляйте, а мы пойдем обед готовить! О. Исаакий повел меня по широкой тропе в лес.
- Вот эту аллейку о. Сергий расчистил, - сказал он, - очень хорошо гулять здесь.
Мы шли среди старых, старых пихт, совершенно бесшумно ступая по мягкой, покрытой хвоей, дороге.
- Какой красивый лес у вас. Особенно нравится мне висячий мох. У нас нет такого.
- Вот вы какие мелочи замечаете, - улыбнулся о. Исаакий, - а мы живем и совершенно не обращаем на это внимание... Да, у нас хорошо, очень хорошо жить! Если бы своя церковь, - ничего больше и не надо. - А к о. Илариону в монастырь не пойдете?
- Что ж о. Иларион!.. Я ему прямо сказал: вся эта затея с монастырем - дело бесовское... Вот о. Иван говорил о проекте просить у архиерея разъездного монаха и антиминс. Это дело другое и то при одном условии, чтобы иеромонах обязательно назначен был из наших пустынников.
- Ну, об этом и просить нечего, - сказал я, - к вам из монастыря ни один иеромонах не пойдет.
- Пожалуй и так, - согласился о. Исаакий.
Чем больше вглядывался я в о. Исаакия и вслушивался в его речь, тем больше он нравился мне. В нем было какое-то особенное благородство. А в красивых уверенных движениях и спокойном тихом голосе чувствовалась большая внутренняя сила.
- Вы долго были на Новом Афоне? - спросил я его.
- Да порядочно... лет десять. Сначала торговал в монастырской лавочке. Потом был при часовне на Иверской горе... Я и сейчас приписан к монастырю...
- Как же вас отпустили в пустыню?
- Покойный Иерон отпустил. Он вообще против пустынножительства был и не любил, когда от него уходили монахи. Первый раз пришел я просить благословения уйти в пустынь, - он рассердился. Я через некоторое время опять пришел. Рассказал ему все, что чувствовал. Он и говорит мне: ты все равно уйдешь, - иди лучше с разрешения.
- Вы прямо сюда в пустынь пришли?
- Ходил еще в Грузию- посмотреть, как там спасаются... А потом поселился здесь... Я больной, работать не могу. Живу с О.Сергием. Занимаюсь рукоделием: четочки делаю... Слава Богу... жить здесь, очень, очень хорошо...
Тихий голос о. Исаакия, босые ноги его, серьезное благообразное лицо, - все так удивительно подходило к задумчивой тишине леса.
- Да, хорошо у вас, - сказал я.
- Вот и оставайтесь у нас, - неожиданно предложил о. Исаакий.
- Нет о. Исаакий, - для меня это совершенно невозможно.
Мы остановились.
- Почему? - спросил о. Исаакий и посмотрел на меня в упор.
- Почему? Да прежде всего потому, что я хочу жить в миру. А разве по-вашему это плохо?
- Нет, не плохо... Но здесь лучше... И снова мы пошли, не торопясь, по аллее теперь уже прямо на поляну, к келье.
- Вам надо закусить, - сказал о. Исаакий, - потом отдохнете немного, и прочитаем вечерню.
Мы вернулись как раз вовремя. Недалеко от кельи о. Сергий устроил "летнюю кухню". И когда мы подходили, о. Иван нес из этой "кухни" вареный картофель, а о. Сергий "соус" - лук, поджаренный в постном масле.
- Пожалуйте кушать, - сказал о. Иван, - картофель сварили, да еще с соусом.
- Это я в монастыре научился, - отозвался о. Сергий.
- А завтра знаете, чем он угостить вас хочет?
- Наверное, пышками? - засмеялся о. Исаакий.
- Что же! - опять весело отозвался о. Сергий, - и испеку. Я пышки хорошие делаю... Покушаете моего рукоделья...
- Что и говорить, настоящий повар, - смеется о. Иван.
Мы входим на терраску. Там уже накрыт маленький столик. О. Исаакий говорит:
- Давайте, помолимся...
И все мы поворачиваемся на Восток, к темной тенистой опушке леса, за которой яркими зубцами блестят освещенные горы...

о. Валентин (Свенцицкий). Граждане неба. Мое путешествие к пустынникам Кавказских гор. 1915 г.
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение