страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Святоотеческое наследие

Преподобный Симеон Новый Богослов
Слово тринадцатое
1. Врачевство, врачующее душу, одно, а не много их.
2. Четырьмя образами грешат люди.
3. Спасение всех в единой воле Божией; человек же не имеет в себе ничего, чем бы сам мог спастися.

Душа наша проста и несложна; потому, когда возболезнует, одно врачевство врачует его. Но тело, будучи сложено из многих, и притом неодинаковых частей, которые и сами составлены из четырех стихий: земли, воды, огня и воздуха, когда занеможет, имеет нужду, как сложное, в разных врачевствах и притом составленных из разных трав. Это хорошо истолковали и внешние мудрецы еллинские, тоже говоря, что если бы тело человеческое было единично, то есть просто и несложно, то одно было бы и врачевство для него, но, будучи сложено из многих частей, имеет нужду и во врачевствах многих и многосложных. А душа, говорю я, напротив, будучи невещественна, проста и несложна, когда занеможет, одно врачевство врачует ее, а не многие. Какое же это врачевство? Дух Святой, благодать Господа нашего Иисуса Христа, как говорит Апостол: идеже Дух Господень, ту свобода (2Кор.3:17). Надлежит потому всякому христианину, посредством покаяния, милостыни и всякой другой добродетели, сколько сил есть, подвизаться не о чем другом, как о том, чтобы приять действо благодати Святого Духа, силою Коего и начнет он жить жизнию истинно по Христу. Ибо нет другого способа, искусства и метода к тому, чтобы христианин жил по Христе, кроме восприятия свыше силы или благодати Иисус-Христовой.

2. Человек грешит четырьмя образами - волею, неволею, в ведении и неведении. Волею, то есть самоохотно грешит он, когда, зная наверно, что зло есть зло и что в его состоит воле сделать его или не сделать, делает его самоохотно. Неволею, то есть без желания, грешит он, когда бывает вынуждаем к тому какою-либо необходимостью, и делает зло, не желая его, как, например, иные мученики отрицались от Христа по причине нестерпимых мук, каким их подвергали. Бывает, что иной и другим образом, не зная и не желая, делает зло, когда, например, пустив стрелу, чтоб убить какого-либо зверя, убивает человека, не желая того. В ведении бывает грех, когда душа знает, что известное дело есть грех, но, будучи немощна и расслаблена нравом, делает его, не имея силы противостоять брани и восставшему сильному влечению на грех, делает грех, склоняясь на него и вожделевая его будто помимо своей воли. В этом-то случае особенно и познается верующими сила Христова, именно: когда возмогают они не делать по внушению возненавиденных ими похотей, тогда познают, что имеют благодать Христову. В неведении бывает грех, когда кто делает что худое, не зная, что оно худо, но полагая, что оно хорошо.

При этом заметить надлежит, что грехов волею бывает немного, и они, так как большею частию бывают очень явны и неотразимо теснятся в сознание, бодут, как остны (орудия для побуждения рабочего скота. - Ред.), того, кто делает их, и подвигают его на покаяние. Прочих же грехов, то есть грехов неволею, в ведении и неведении, бывает очень много, даже без числа, но они все почти малопамятны и скоро совсем выпадают из сознания и того, кто их делает, несмотря на свою многочисленность, не бодут и не подвигают на покаяние, так как он и не почитает их грехами и не думает об них. Посему об этом-то наипаче и надлежит нам молиться, чтобы Бог даровал нам и познать их греховность, и восчувствовать, ибо то, что мы не помним и не чувствуем их, не делает нас безвиновными в них, а между тем диавол большую часть людей ввергает в гордыню по причине неведения их, потому то есть, что не сознают их, не думают, что они значат что-нибудь, но вменяют их ни во что; каковые люди, несмотря на то, что говорят, будто мудры суть, оказываются буиими (глупыми. - Ред.) и неразумными, поелику не познали, что спасение всех стоит на единой милости Божией.

3. Ни один человек не имеет в себе ничего благословного, чем бы мог спастися, ни праведный, ни грешный. Ибо Сам Бог говорит: помилую, егоже аще помилую, и ущедрю, егоже аще ущедрю (Рим.9:15). И Давид исповедует сие, взывая к Богу: Господи, Боже спасения моего (Пс.87:2). В чем спасение то? В том, чтобы стать причастником святости Божией, а это состоит в воле Божией, - то то есть, чтобы Он преподал святость Свою тем, которые управляют сердца свои к Нему и никакой кривости не имеют в помышлениях своих, коих души уверишася (Пс.77:37), то есть стали верными Богу и словесам Его, поелику, по пророку, правоты видит лице Божие (Пс.10:7). Люди видят видимое, а Бог видит и сокровенное. Уготовайте путь Господень, говорит Писание, правы творите стези Его (Мф.3:3). Эти стези Божии суть души человеческие, когда они правы бывают, то есть когда исповедуют свое неведение, ненаучение и ненаказанность, свое недостаточество на добро и падкость на всякие грехи, когда не хотят жить лицемерно, иными быть по внутреннему своему устроению и иными казаться пред людьми, и принимать честь от людей, а не от Бога; потому что Бог, испытующий сердца, ненавидит такие души, как сущие от части диаволовой, ибо диавол так делает, что, будучи врагом, принимает вид друга и, будучи тьмою, представляется светом.

Поелику спасение всех в едином Боге, то да уготовит каждый себя самого и да приложит труд стать правым, чтоб соделаться достойным милости Божией; потому что кто прав, тот истинен; кто истинен, тот смирен, а кто смирен, тот один и достоин милости. Бог, Который есть сущая истина, не может миловать того, кто неправ, так как таковый не истинен. Итак, не докучай Богу в молитве, милость к тебе явить, прежде чем сделаешься правым, ибо невозможно, чтобы Бог соединился с душою лукавою и развращенною; милость же Божия в том и состоит, чтобы причастился кто святости Божией. И если препобеждаешься лукавым диаволом, властителем зла, и не имеешь силы быть правым, понуди усердною молитвою своею благость Божию даровать тебе силу сделаться прежде правым, чтоб сего ради оказаться достойным и великой милости Божией, то есть приятия святости Его. Эта святость вражду полагает между тем, кто освящается, и между грехом, иначе, делает освящаемого врагом всякого греха. Ибо кто любит Бога, тот любит и то, что Ему благоугодно, и отвращается от того, к чему не благоволит Бог. Но неблагоугодное Богу, само собою разумеется, приятно диаволу. Почему всякий человек, который неправ (и следовательно, не любит того, что благоугодно Богу), есть друг диаволу и враг Богу. Таковому какая надежда спасения?

Итак, тем, которые делают зло, которого могли не сделать, и не делают добра, которое могли делать, нет спасения, пока они таковы. Но и о тех, которые делают добро, нельзя еще сказать, что они потому самому имеют уже в себе самих все, чем устрояется спасение. Они только сделали все, что должны были сделать, подобно тому как всякий раб делает, что должен делать, чтоб не быть биту. Если случается, что домовладыка поблагодарит такого раба, то благодарит его по доброте своей. Но если какой раб загордится, говоря, что он так хорошо делает свое дело, то бывает бит за то самое, чтобы помнил, что он не мог сделать ничего больше того, что должен был сделать, - так что, если хочет такой раб (исправный во всем), чтоб господин его благодарил его, то должен всячески смиряться и говорить: я сделал только то, что должен был сделать, и если бы не сделал того, то был бы бит, как раб неключимый. Так и всякий христианин, делающий все достодолжное, не может ожидать за это себе ничего. Но хорошо бы было, если всякий, возжелавший творить волю Божию, мог творить ее; а то со всяким нередко бывает, что не может он сделать то, что желает, и делает то, что ненавидит, потому что мудрование и похотение плоти противляется ему. Как после этого можно говорить: только возжелай спасения и спасешься? Спасение не от естества, почему не видим, чтоб кто-либо когда-нибудь спасся сам собою. И Бог говорит: Аз Бог, и несть разве Мене спасаяй (Ис.43:11). Ибо вси согрешиша и лишени суть славы Божия (Рим.3:23). Как же можно спастися кому-либо самому собою?

Но если покаются теперь в один день тысячи тысяч и мириады мириад грешников и, обратясь ко Христу Господу, содружатся с Ним, соединятся и освятятся святостию Его, то тотчас познают воспринятое от Него освящение, коим устрояется спасение, ощущая присущую им некую божественную силу. Ибо Христос Господь для всякого верующего в Него бывает силою рассуждения, мощию разума, крепостию мудрости, державою правды, основою любви к Богу и людям, действом всякой святой заповеди и воли Божией, некиим разумным и в природу обратившимся отвращением и возненавидением всякого зла и греха, всякой похоти и лукавства. Христос Господь есть надежда наша и мир наш. Без Господа Иисуса не только никто не может делать добро, но и всякий бывает отдален от Бога. Одного только требует Господь от всякого верующего в Него, того, чтоб он всецело вверил себя Ему - Христу Господню, то есть чтоб имел полную на Него надежду и питал непоколебимую уверенность, что только силою Христовою, а не своею собственною, может кто спастися. И такой только есть настоящий христианин, кто полную надежду возлагает на одного Христа, что Он один все в нем исправит и уврачует его и по душе, и по телу. Когда же потом за сею верою, имеемою с разумом, последует и дело, тогда рождается любовь ко Христу, то есть когда кто самым делом получит то, чего надеялся от Христа, и почувствует то, тогда возлюбляет Его. Ибо человек благодетельствуемый не может оставаться бесчувственным к благодеянию и естественно начинает любить Благодетеля, помимо даже воли своей. Потом, когда преуспеет он в любви к Благодетелю своему, находит и Самого Благодетеля внутри себя самого, потому, что и Он вполне вверяется и входит в того, кто возлюбил Его.

Но диавол, что сначала сделал с человеком, то покушается делать и теперь со всяким, начинающим каяться, внушая ему: нет спасения тебе в Боге твоем (Пс.3:3), то есть что спасение бывает не силою Бога твоего, а твоею собственною. И горе тому, кто поверит ему! Враг хочет сим способом обнажить душу от благодати Божией, чтобы потом уловить ее и поглотить, как волк ягня. Посему-то всегда надлежит умом воззревать к Богу, от Коего единого приходит всякая помощь, чтобы ум сей просветился мысленными лучами света Божия и, сделавшись обоженным, стяжал и своего рода неизменяемость, дабы не возвращаться на зло. Тогда-то наконец становится он властителем земли, так что не смеет уже более приближаться к нему никакое земное похотение, но все земное трепещет пред ним и боится его, не ради его самого, а ради Бога, страшного самим Херувимам, Которого он всегда имеет присущим в себе и от Коего отлучиться мыслию и отдалиться желанием и чувством не позволяет он себе ни на одно мгновение. Богу, Благодетелю нашему слава, честь и поклонение во веки веков. Аминь.

Слова преподобного Симеона Нового Богослова. Часть 1. - М.: Правило веры, 2001, с. 179-187.
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение