страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Святоотеческое наследие

Блаженный Феодорит Кирский
Десять глав о промысле
Слово 10. О том, что Бог издревле был Попечителем не одних иудеев, но и всех людей, и о вочеловечении Спасителя

Хорошо знаю, что не преплываемо море премудрости Божией и Божия Промысла, и припоминаю, что взывает божественный Пророк: судьбы Твоя бездна многа (Пс.35:7).

Припоминаю, что и великий проповедник истины, богомудрый Павел, изрек подобное также слово: о, глубина богатства и премудрости и разума Божия! Яко неиспытани судове Его и неизследовани путие Его (Рим.11:33).

Посему и не отваживаемся неразумно на то, что не доступно, но, по мере сил, удивляемся Божественному и, сколько можем, восхваляем Бога. Ибо знаем, что те, которые усиливаются более надлежащего смотреть на солнце, не достигают, чего желали, но портят зрение, и не только не привлекают солнечного света, но даже навлекают на себя тьму.

Сему же самому, как можно видеть, подвергается и ум человеческий. Ибо если при ограниченности своей усиливается доведаться, что подпирает собою землю, какое опять основание у этой подпоры, на чем и оно держится, или что выше небес, что вне всего мира; то не только не находит искомого, но отступает назад, исполнившись глубокого мрака и недоумения.

Зная сию немощь ума, блаженный Павел удостоверяет, говоря: аще ли кто мнится ведети что, не у что разуме, якоже подобает разумети (1Кор.8:2); и еще: от части бо разумеваем, и от части пророчествуем: егда же приидет совершенное, тогда, еже от части, упразднится (1Кор.13:9-10); и в другом месте: вижу ныне якоже зерцалом в гадании, тогда же лицем к лицу: ныне разумею от части, тогда же познаю, якоже и познан бых (13:12): и еще: егда бех младенец, яко младенец глаголах, яко младенец мудрствовах, яко младенец смышлях: егда же бых муж, отвергох младенческая (13:11).

О всем же этом распространился божественный сей муж, желая всех убедить и обуздать ненасытность ума, чтобы не отваживался на невозможное и точного познания вещей ожидал в жизни будущей.

Посему знание, какое дается нам ныне, называет младенческим и, сличая оное с учением подзаконным, именует его совершенным, а сравнивая с жизнию безстрастною и безсмертною, называет детским.

И сие служит доказательством Божия Промышления. Ибо премудро всем Правящий, зная надменность нашего высокомерия, даже святым не дал точного ведения о Божественном, потому что, как мнится блаженному Павлу и истине, разум кичит (1Кор.8:1); но предназначил оное в награду добродетели, чтобы, хорошо подвизавшись в настоящей жизни, совершенно совлекшись страстей и облекшись в тело, свободное от тления и немощей, тогда уже прияли мы совершенное ведение, никакого не терпя более вреда как освободившиеся от страстей и изведенные из борьбы. Посему не будем отваживаться на уразумение непостижимого, но возлюбим, что дано нам; сколько можем, станем воспевать благого нашего Владыку и прославлять Благодетеля за то, что имеем. Видим ли, что мужи, делатели добродетели, пользуются в жизни славою, честию, вниманием - поклонимся Законоположнику и Мздовоздаятелю добродетели, по праву и правдиво ее провозглашающему. Видим ли, что другие, хотя предпочли ту же жизнь, но не пользуются тем же у людей - не будем негодовать на это, друг, но уверимся, что как подвизаются они добрым подвигом терпения, так победителями провозглашены будут в жизни будущей, как рассуждали о сем в предыдущем слове. Не будем извергать хульных слов на Промысл, ибо не странно ли, не исполнено ли великого неразумия или, лучше сказать, крайнего безумия, что те самые, которые, застигнутые треволнением, преодолеваются бурями и совершают путь жизни в великом бедствии, хвалят Кормчего, а те, которые, как говорится, сидят вне стрел, больше зрители, нежели подвижники, в Подвигоположника мечут, если не могут самым делом, то, по крайней мере, хульными словами.

Но что питомцы благочестия, не только несясь попутным ветром, но и борясь с волнами и бурею, воспевают Бога всяческих, о сем можно слышать блаженного Давида, который, проведши всю жизнь в бранях и боровшись с тысячами бедствий, взывает: Что воздам Господеви о всех, яже воздаде ми (Пс.115:3)? Можно слышать и от богомудрого Даниила, и от оных святых отроков, которые при самом приражении бед песнословят Бога, приводят на память грехи, которых не были делателями, исповедуют, что несут наказание за прегрешения, но не говорят о себе, что достойны они венцов, и не изъявляют негодования на весы Правосудия. Великий патриарх Авраам, приявший от Бога оные обетования, томясь голодом, мужественно перенес борьбу с голодом. Два раза лишавшись супруги и видя ее у людей варваров, не преставал приносить благодарение Призвавшему и, ожидая исполнения обетовании, радостно переплывал волны. И какое слово в состоянии изобразить величие души его? Кто достойно подивится высокому его любомудрию? Посему, предоставив любоведцам из чтения истории в точности дознать его и сына его мужество, терпение, целомудрие, справедливость, трудолюбие, боголюбие и, одним словом, всю высоту добродетели, обращаю речь к мужам Нового Завета. Посему смотри, как Петр и Иоанн, сии твердыни благочестия, столпы истины, поддерживающие здание Церкви, были биты Иудеями, но радовались и восхищались, яко за имя Господа Иисуса сподобишася безчестие прияти (Деян.5:41). Ибо написавший сие, сказав, что биты были жезлами, говорит не просто, что терпеливо и мужественно перенесли удары, но что идяху радующеся и в веселии. Но великая разность в этом: терпеть - и радоваться. Иной нередко переносит приражения горести, но болезнуя и скорбя. А радующийся выражает сим душевное удовольствие. Так и блаженный Павел, сия громогласная труба проповеди, взывал: благоволю в немощех, в досаждениих, в бедах, во изгнаниих, в теснотах по Христе (2Кор.12:10); не сказал: переношу или терплю, но благоволю, что означает великое усиление удовольствия. И в другом месте говорит он: Ныне радуюся во страданиих моих... яко исполняю лишение скорбей Христовых во плоти моей за Тело Его (Кол.1:24); и еще: недостойны страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас (Рим.8:18); и также: Кто ны разлучит от любве Божия; скорбь ли, или теснота, или гонение, или глад, или нагота, или беда, или меч (8:35). И чрез несколько слов: Известихся бо, яко ни смерть, ни живот... ни настоящая, ни грядущая, ни высота, ни глубина, ни ина тварь кая возможет нас разлучити от любве Божия, яже о Христе Иисусе Господе нашем (8:38-39). Но недостанет мне дня, чтобы собрать подобные изречения великого наставника подвижников благочестия.

Посему, если совокупившие в себе все виды добродетели, достигшие самой крайней высоты ее, не только не огорчаются волнением житейского моря, но, когда с шумом кипит оно, борются между собою ветры и бури, и вихри, приводят в смятение воды, они, как несомые попутным ветром, не переставали веселиться, - и занятием их было - не любопытствовать о том, что делается, но восхвалять Кормчего, то почему же вы, находясь вне волн, и вернее сказать, на суше, а не на море, осмеиваете то, что делается, и хотя хвалите подвижников, но обвиняете Подвигоположника? А удивляющимся добродетели подвижников надлежит любить и приговор их: они же принимали, как величайшее благодеяние, бедствия, умерщвления, побиения камнями, сожжения, раны, злословия, узы, опасности на суше, на море, в городах, в селах, претерпеваемые за проповедь от своих и от чужих.

Поелику же и их коснулись мы словом, то скажем нечто о вочеловечении Спасителя нашего, что в попечении Божием о людях есть самое главнейшее. Ибо небо, земля, море, воздух, солнце, луна, звезды, вся видимая и невидимая тварь, единым словом созданная, или лучше сказать, изволением Слова в бытие приведенная, не столько доказывают безмерную благость Божию, как то, что Сам Единородный Сын Божий, во образе Божии сый (Флп.2:6), сияние славы и образ ипостаси (Евр.1:3), Который в начале бе... к Богу, и Бог бе (Ин.1:1), Которым вся быша (1:3), зрак раба приим, в подобии человечестем быв, и образом обретеся якоже человек (Флп.2:7), на земли явися и с человеки поживе (Вар.3:38), приял наши немощи, понес наши болезни. И блаженный Павел видит в этом величайшее доказательство любви Божией к человекам и взывает говоря: Составляет же Свою любовь к нам Бог, яко еще грешником сущым нам Христос за ны умре (Рим.5:8); и еще: Иже убо Своего Сына не пощаде, но за нас всех предал есть Его: како убо не и с Ним вся нам дарствует (8:32)? А что сие действительно так, исповедует и богомудрый Иоанн, ибо говорит: Тако бо возлюби Бог мир, яко и Сына Своего Единороднаго дал есть за него, да всяк, веруяй в Онь, не погибнет, но имать живот вечный (Ин.3:16). Посему не просто печется Бог о людях, но печется, любя их. Да и преизбыток сей любви таков, что Сына Единородного, Единосущного, рожденного из чрева прежде денницы, Которого употребив Содейственником, создал тварь, соделал нашим Врачом и Спасителем и чрез Него преподал нам дар сыноположения.

Поелику Творец видел, что естество наше предалось жестокому мучителю, ниспало в самую бездну греха, небоязненно попирает законы природы, и что видимая тварь, возвещающая и проповедующая Создателя, не может убедить дошедших до крайнего безчувствия, то премудро и справедливо устрояет наше спасение. Не восхотел единою властию даровать нам свободу, одно милосердие вооружить на поработившего себе род человеческий, чтобы милосердия сего не назвал он несправедливым; но пролагает путь, и исполненный человеколюбия, и украшенный правдою. Ибо, соединив с Собою побежденное сие естество, вводит оное в борьбу и устрояет так, что оно вознаграждает за утрату победы, одолевает древле, к несчастию, победившего, разрушает мучительство жестокого поработителя и восприемлет прежнюю свободу. А для сего Владыка Христос рождается от жены, подобно нам, хотя рождение имело нечто большее: именно девство, потому что и зачавшая, и родившая Владыку Христа была Дева.

Когда же слышишь сие имя: Христос, разумей прежде веков от Отца рожденного, Единородного Сына, Слово, облеченного естеством человеческим, и не почитай сего проповедуемого домостроительства унизительным для Бога, потому что естества чистейшего ничто осквернить не может. Ибо, если солнце, будучи телом (так как оно видимо и подлежит разрушению) и проходя там, где мертвые тела, зловонная тина и много других веществ, издающих смрад, не может оскверниться, то кольми паче Творец солнца и Создатель вселенной, безплотный, невидимый, неизменяемый, всегда Сам Себе равный, не может оскверниться чем-либо таковым. И что сие действительно так, уразумеем из следующего: и говорим, и веруем, что естество Его безпредельно. Ибо слышу Того, Кто говорит: Еда небо и землю не Аз наполняю, рече Господь (Иер.23:24); и еще: небо престол Мой, земля же подножие ногу Моею (Ис.66:1) и: Кто измери горстию воду и небо пядию и всю землю горстию (40:12)? Слышу и другие места, свидетельствующие подобно сему. Взывает и блаженный Давид: в руце Его вси концы земли (Пс.94:4); и богомудрый Павел: о Нем бо живем и движемся и есмы (Деян.17:28). Итак, если, по слову Апостола, о Нем живем и движемся и есмы, то ни одна часть твари не лишена Бога; хотя в твари, иное свято, иное же мерзко, иное исполнено благоухания, иное же - зловония; и из людей, одни украшаются благочестием, другие погрязают в нечестии. Наполняющий Собою вселенную благоволит к боящимся Его, но ненавидит вся делающыя беззаконие, погубляет вся глаголющыя лжу: мужа кровей и льстива гнушается Господь и не преселится к Нему лукавнуяй (Пс.5:5-7). Посему ничто не вредит чистейшему. Если занимающиеся врачебным искусством, врачуя язвы, не получают сами язв, но больным доставляют здравие, сами же не терпят от них никакого вреда, то кольми паче наилучший художник - Бог, у Которого естество - безстрастно, превыше превратностей и не допускает изменения, при уврачевании нашем не приял на Себя вовсе никакой скверны. Посему подивимся, что не Ангелам вверил врачевание наше, но Сам на Себя принял уврачевание человеков.

Так Владыка Христос, родившись, приемлет, подобно нам, и матерние сосцы, полагается в яслях - на сей трапезе безсловесных, сим и неразумие людей обличая, и давая видеть собственное человеколюбие, потому что, будучи Питателем, как Бог, и по человечеству делается пищею для людей, недуговавших великим неразумием. А теперь, когда человеческое естество отложило сие неразумие и восприяло разумную силу, допускает его к Себе сия таинственная трапеза, и сама соделавшаяся образом яслей и поучающая людей, что человек, когда был в чести сый не разуме, приложися скотом несмысленным и уподобися им (Пс.48:13). Сперва ясли восприяли эту божественную и духовную пищу, но когда естество наше пришло само в себя и ясно сознало в себе Божий образ, тогда пища сия перешла на трапезу словесную. Принял же Христос и обрезание, и приносил жертвы, потому что Он был человек и сохранением закона должно было естеству возвратить свободу. По-человечески и бегством спасается во Египет, как Бог, повсюду сущий и всем предстающий, как говорит Божественное Писание. Приходит и к Иоанну Крестителю и, не прияв скверны греха, приемлет крещение, чтобы исполнить всякую правду, и свыше провозглашается Отцом и указуется Духом, ибо Отец воззвал с небеси: Сей есть Сын Мой возлюбленный о Немже благоволих (Мф.3:17); а Пресвятый Дух, явясь в виде голубя, продолжил сей глас и научил предстоящих, Кто приявший свидетельство от Отца.

После сего Владыка вступает уже в борьбу с мучителем, и поприщем борьбы делается пустыня, зрителями - сонмы Ангелов, сопротивником - сопротивник истины, который, сперва услышав глас и приведя себе на память пророческие предречения, устрашился борьбы и не в силах был вынести молний Его добродетели; однако же и поспешил он вступить в противоборство, хотя, помня глас, и боялся борьбы. Создатель же, Споборник, Раздаятель венцов и Подвигоположник естества нашего не страшится противоборца, не гонит прочь зверя, но одобряет и вызывает его на борьбу, чтобы похитить у него прежнюю победу, соизволяет, чтобы взалкало тело, постившееся в продолжение четыредесяти дней, не позволяет же ему превзойти меру постившихся прежде, чтобы удостоверить в Своем человечестве. Неприязненный видел взалкание, надеялся на победу, смело решился на борьбу, увидев немощь взалкания, подумал, что видит первого Адама. Приступил к Нему, как к Адаму, но нашел Творца Адамова, облекшегося в естество Адамово, и говорит Ему: аще Сын еси Божий, рцы, да камение сие хлебы будут (Мф.4:3), представляет необходимость подтвердить с неба слышанный глас и требует подтверждения чудодейственным произведением хлебов. Из сего в точности можно узнать, что враг у нас самих заимствует поводы к обольщению, ибо, увидя алкание, с сего начинает нападение. Но Спаситель наш, хотя тело алчет и имеет нужду в пище, не хочет чудодействовать, поражает же мучителя словом Писания и говорит: не о хлебе единем жив будет человек, но о всяцем глаголе, исходящем изо уст Божиих (4:4). Дает ответ по человечеству, скрывая до времени Божество и доставляя людям возможность подобно сему одерживать победу. Не хлеб один, - говорит Он, - содействует жизни человеческой, но и всякого слова, возвещенного от Бога, достаточно к тому, чтобы дать жизнь алчущим людям. Веруем, что естеству человеческому возможно прожить без хлеба, если угодно то Богу. Так в ничто обратил ухищрения противоборца, учинив недействительными второе и третье его приражение, употребив присем доказательства, как человек, чтобы возвратить людям потерянную ими победу, обращает Он в бегство нечестивца, прекращает мучительство общего губителя людей, и провозглашается победа видевшими Ангелами, ибо сказано: Ангели приступиша и служаху Ему (4:11).

После сего, совершив множество чудес: из воды, без виноградных лоз и без земли, сотворив вино, пятью хлебами насытив многие тысячи людей, одним словом хромых соделывая скачущими, прокаженных очищая от проказы, расслабленным возвращая силу действовать, очам, лишенным зрения, даруя здравое ощущение, отверзая гробы и содевая, что связанный и смердящий мертвец начинает ходить, избегает из рук смерти, не удерживаемый ни вратами, ни узами смерти, спешит к призвавшему Создателю, - совершив сии и тысячи других чудес, Владыка навлекает на Себя ненависть иудеев и добровольно предается их козням, предвидя от сего будущее спасение человеков. И сие издревле предсказал Он устами Пророка, ибо говорит: Аз же не противлюся, ни противоглаголю. Плещы Мои вдах на раны и ланите Мои на заушения, лица же Моего не отвратих от студа заплеваний (Ис.50:5-6).

Сие предсказав и претерпев, пригвождается ко кресту, не в наказание за грехи, ибо греха не сотвори, ни обретеся лесть во устех Его (1Пет.2:22), но воздавая долг нашего естества, потому что оно задолжало, преступив законы Сотворшего. И как, задолжав, не в силах было заплатить долга, то Сам Владыка премудро примышляет уплату долга и, прияв на себя члены сего естества, как бы имущество какое, в премудром и правдивом домостроительстве и долг уплачивает, и естество освобождает ими. И свидетели в этом - Исаия и Павел: один - прежде страдания о сем предвозвестивший, а другой - по исполнении истолковавший пророчество; но в том и другом вещал один и тот же Дух.

И Исаия издалека взывает: человек в язве сый и ведый терпети болезнь (Ис.53:3). Называет же Его человеком по естеству видимому, потому что и пострадал в естестве видимом. Сей, провозглашает Исаия, грехи наша носит и о нас болезнует, и мы вменихом Его быти в труде и в язве от Бога и во озлоблении (53:4). Ибо видя Его пригвожденным к древу, думали, что наказуется за множество грехов и несет казнь за собственные прегрешения; почему Иудеи и пригвоздили Его посреди двух злодеев, с намерением и о Нем произвести в народе худое мнение. Но Святый Дух научает чрез Пророка, что Той же язвен бысть за грехи наша и мучен бысть за беззакония наша. И еще более объясняет сие в последующих словах, ибо говорит: наказание мира нашего на Нем, язвою Его мы изцелехом (53:5). Став врагами Богу как оскорбившие Его, должны мы были нести взыскание и наказание, но не испытали сего, претерпел же оное Сам Спаситель наш и, претерпев, даровал нам мир с Богом. Яснее показывают сие последующие слова. Вси, сказано, яко овцы заблудихом: человек от пути своего заблуди. Почему яко овча на заколение ведеся, и яко агнец пред стригущим его безгласен (53:6-7). Ибо подобало Ему врачевать подобным подобное и заблудших овец возвратить овчатем же. Но овчатем делается Он, не в овча превратившись, не изменению подвергшись, не отступив от собственной Своей сущности, облекшись же явно в овчее естество, и подобно предводителю стада - овну, став вождем стада и сделав, что все овцы последовали за Ним. Посему и стал Он, яко овча и животное жертвенное, и принесена жертва за весь род. Не без намерения же Пророк упомянул вместе о заклании и о стрижении; но поелику был Он Бог и человек, и при заклании тела естество Божие пребыло безстрастным, то богомудрый Исаия, по необходимости, показал нам вместе и заклание овчати, и стрижение агнца. Не только, - говорит Пророк, - был Он заклан, но и острижен; потому что по человечеству претерпел смерть, а как Бог, пребывая живым и безстрастным, руно тела отдал стригущим. Так блаженный Исаия изобразил нам спасительные страдания и показал причины страданий.

И божественный Павел явно взывает: Христос ны искупил есть от клятвы законныя, быв по нас клятва: писано бо есть: проклят всяк висяй на древе (Гал.3:13). Сказав же: по нас, показал, что, будучи неповинен и свободен от всякого греха, воздал наш долг и нас, обремененных множеством долгов и потому принужденных рабствовать, сподобил свободы, искупив нас и в цену за нас предложив собственную Свою Кровь. Посему в другом месте сей же Апостол взывает, говоря: куплени есмы ценою (1Кор.6:20); и еще говорит: погибнет немощный брат в твоем разуме, егоже ради Христос умре (8:11). И смерть приял на кресте, потому что сей род смерти по закону был проклят, а проклято было и естество наше, как преступившее закон, ибо сказано: проклят всяк, иже не пребудет, во всех писанных в книзе законней, яко творити я (Гал.3:10).

Потому приемлет на Себя общую клятву, и разрешает от клятвы, прияв неправедное заколение. Не подлежав клятве (ибо греха не сотвори, ни обретеся лесть во устех Его), потерпел смерть грешников и, став защитником и ходатаем нашего естества, судится с губителем, неприязненным всему естеству, и справедливо говорит жестокому нашему мучителю: пленен ты, вселукавый, и уловлен собственными своими сетьми; меч твой вошел в сердце твое и стрелы твои сокрушены; изрыв яму, сам впал в нее; раскинутыми тобою мрежами твои же руки связаны. Ибо скажи: для чего пригвоздил ты ко кресту и предал смерти Тело Мое? Какой вид греха заметил во Мне? Какое увидел преступление закона? Исследуй же теперь со всею точностию, видя Тело Мое обнаженным на древе. Смотри, и язык чист от скверны, и слух свободен от всего вредоносного, и глаза не прияли совне ничего пагубного, и руки далеки от неправды, украшены же всякою правдою, ноги, говоря пророческим словом, не текли на зло (Ис.59:7), но совершили поприще добродетели. Исследуй во всей точности все члены тела, исследуй движения души. Если найдено хотя малое прегрешение, то законно и весьма справедливо удерживать тебе Меня, потому что смерть - наказание согрешившим. А если не находишь ничего, запрещенного Божиим законом, лучше же сказать, находишь все, повелеваемое законом, то не позволяю тебе удерживать, что не вправе ты и держать. Лучше же сказать: и для других отверзу узилище смерти, заключу же в нем тебя одного как нарушившего Божие определение, потому что определение Божие назначило предавать смерти согрешивших, а ты и неизведавшего греха предал в узы смерти; ненасытность соделалась в тебе причиною крайней жестокости и, одного взяв несправедливо, по справедливости лишаешься всех тебе подвластных: вкусив не ядомой снеди, изблюешь все, прежде поглощенное, и всех научишь довольствоваться тем, что есть, воздерживаться же от непринадлежащего. Вспомни, за что предан смерти родоначальник Адам. Получив во власть все растения райские, не удовольствовался он данными и недостаточно ему стало наслаждения обилием всех растений, но покусился на древо познания, вкушать плоды которого запретил Творец. И вознедуговав ненасытностию, пожелав непринадлежащего, лишился целого рая. Подвергну же тебя сим наказаниям, потому что несправедливо терпеть сию казнь обольщенному, а обольстившему не подвергнуться такому же наказанию. Итак, поелику ты, прияв власть над согрешившими, коснулся тела, не соделавшего ни единого греха, то будь лишен власти, положи конец своему мучительству. Всех освобожу от смерти, сделаю же это не по одному милосердию, но по милосердию справедливому, не по власти господства, но по власти правосудной, потому что за весь род уплатил Я долг: не должен был смерти - и претерпел смерть, не подлежал смерти - и подъял смерть, неповинен был - и включил Себя в число повинных, свободен был от долга - и вменен с должниками. Посему уплатил Я долг естества и, потерпев неправедную смерть, полагаю конец смерти справедливой. Будучи заключен незаконно, и законно заключенных отпускаю из темницы на свободу. Смотри, жестокий каратель греха, рукописание естества уничтожено. Смотри, оно пригвождено ко кресту и нет на нем письмен греха. Смотри, оно не удержало на себе подписи лукавства. Очи Моего Тела отдали долг за очи, на зло себе смотревшие, уши его - за уши, принявшие в себя осквернение, а также и язык - за язык, подвигшийся беззаконно, и руки - за руки, содеявшие неправду, и прочие члены - за члены, совершившие какой бы ни было грех. А поелику долг уплачен, то надобно и заключенным за оный избавиться из заключения, получить прежнюю свободу и возвратиться в отечественную страну. Говоря сие, Господь воскресил Тело Свое и в естестве человеческом посеял надежду воскресения, в залог оного дав всем воскресение собственного Своего Тела.

Да не подумает кто, что наше это мудрование: и Священным Евангелием и апостольскими наставлениями научены мы, что сие действительно так. Ибо слышали мы, что говорит Сам Господь: грядет бо сего мира князь и во Мне не имать ничесоже (Ин.14:30), потому что нет во Мне признаков греха, от всякого беззакония свободно Тело Мое; однако же и ничего не нашедши во Мне, он предает смерти как имеющего на Себе тьмочисленные долги. А Я терплю это, желая по всей справедливости лишить его права мучительствовать. Потому в другом месте и говорит Господь: ныне суд есть миру сему: ныне князь мира сего изгнан будет вон (Ин.12:31). По суду и следствию будет он осужден и лишен права мучительствовать, как произнесший надо Мною несправедливый приговор. Потом научая, что не только собственное Свое Тело, но вместе и все естество человеческое освободит от владычества смерти, Господь непосредственно за сим присовокупил, говоря: и аще Аз вознесен буду от земли, вся привлеку к Себе (12:32). Не соглашусь воскресить одно восприятое Мною Тело, но предустрою воскресение всем человекам. Ибо для сего Я пришел, принял зрак раба, для сего веден был на заколение и яко агнец пред стригущим его был безгласен. Сие же говорит и блаженный Павел, пишущий к Колоссянам, а чрез них ко всем человекам. Ибо сказано: и вас, мертвых сущих в прегрешениих и в необрезании плоти вашея, сооживил есть с Ним, даровав нам вся прегрешения, истребив еже на нас рукописание ученьми, еже бе сопротивно нам, и то взят от среды, пригвоздив е на кресте: совлек начала и власти, изведе в позор дерзновением, изобличив их в Себе (Кол.2:13-15). Итак, из сего дознали мы, что Господь воздал за нас долг, изгладил бывшее против нас рукописание и пригвоздил оное ко кресту, извел же на позор начала и власти, т.е. сопротивные силы, с дерзновением изобличив их в Себе, т.е. показав им безгрешное тело Свое и безгрешную душу и обличив их неправедный, на Него сделанный приговор и, совершив это, сооживил с Собою все естество человеческое. В Божественном Писании можно найти тысячи и других свидетельств, показывающих, что это действительно так. Но если бы захотел я собирать все сии свидетельства и на каждое делать надлежащее толкование, то рассуждение наше сделалось бы чрезмерно длинным. Потому, предоставив собирать оные людям любознательным, приступлю к непрерывному продолжению слова.

Так Владыка Христос, сокрушив смерть и устроив наше спасение, восшел на небеса и питомцам благочестия оставил надежду сего восхождения. Ибо говорит: когда вознесен буду, вся привлеку к Себе. Такова о людях попечительность Бога всяческих. Такое промышление оказал Творец неблагодарного создания. Такова заботливость первообраза о собственном Его образе. Создал человека вначале, почтил его подобием, но он соделался неблагопризнательным пред Сотворившим и, растлив Божий образ, принял в себя черты звериные, и из богоподобного соделался звероподобным. Но Создатель не презрел его и облеченного в звериные образы, но обновил, привел в прежнее благолепие, дал ему первобытное благообразие и недостойных быть рабами соделал сынами.

Но есть люди, по слову блаженного Павла, ничтоже делающыя, но лукавно обходящыя (2Фес.3:11), которые любопытствуют, о чем не позволено, усиливаются собственными помыслами измерить глубину Божией премудрости и говорят: почему Бог не в начале, но по истечении многих тысяч лет домостроительствовал спасение людей? Что любопытствовать о чем-либо подобном крайне дерзко, нагло и выше всякого безумия, скажут это сами, вдавшиеся в таковые исследования. Но в доказательство, что Бог не по принятому вновь усмотрению домостроительствовал, но так установил издревле, в самом начале, представим на среду Божественное Писание и прежде всего послушаем, что Сам Владыка Христос говорит в Евангелии: приидите благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мира (Мф.25:34). Если же прежде сложения мира уготовал Царство Апостолам и уверовавшим чрез них, то явно, что сие угодно Ему было издревле, от начала, и не хощет Он чего-либо - то одного, то другого. Домостроительствует же во всякое время, что прилично времени, и учения измеряет способностию людей.

Поэтому Адаму, как новорожденному младенцу, дает заповедь о древе, ибо для него излишен был всякий закон положительный: о прелюбодеянии, об убийстве, о лжесвидетельстве, о несправедливости. Ибо с кем было прелюбодействовать? Жена в то время была одна. Кого было убить? Никто не раздражал его. На кого было слагать лжесвидетельство или кого было обидеть? Посему Адам приемлет один только закон о древе, закон детский и приличный новорожденным младенцам.

По истечении также великого числа лет, когда род размножился, дает закон Ною о снедях и повелевает невозбранно вкушать всякия мяса, конечно же животных чистых (потому что научил Ноя и сему различию), а запрещает только употреблять в пищу кровь.

Когда же много времени прошло от Ноя, призывает Бог Авраама, повелевает ему оставить отеческий дом, ведет его в страну, называвшуюся древле Хананеею, нынешнюю Палестину, дает ему заповедь об обрезании, чтобы происшедший от него род знамением благочестия имел отъятие излишества. Доводя до крайней нужды голодом, водит всюду сего проповедника благочестия, и служителя Своего делает известным Египтянам и жителям Палестины; попускает варварам похитить его супругу, но покровительствует похищенной, наказывает похитивших; сделавшимся ловцами жены не дозволяет насладиться добычею и, в сетях своих имея уловленную, не воспользовались они ею; сами же уловлены были невидимыми мрежами и опытом дознали боголюбие странника; и царствовавшие у тех народов к себе призвали и умоляли сего странника, пришельца и гостя, и он по сему поводу преподал неведущим уроки благочестия, и неправда открыла путь благочестию, беззаконная страсть присвоять себе чужое послужила к приобретению Боговедения. Таково же было смотрение Божие об Исааке и Иакове. Первый оказал благодеяние Авимелеху, другой указал Лавану истинного Бога и обличил безсилие богов не истинных, а мнимых.

Таково было Божие смотрение об Иосифе: сперва попустив ему стать рабом, чрез рабство, клеветы и узы Бог вручил ему бразды Египта, и прежде виночерпию проповедует он истинного Бога, а потом то же самое учение излагает царю, после же сего, взявшись за кормило, мудро правит целою ладьей. Так Бог, захотев избавить от египетского рабства размножившихся израильтян, избавляет при множестве великих чудес, и чрез сие делает их народом знаменитым, потому что этот народ поставляет учителем Боговедения для всех народов. И как для попечения о сем народе избирает то Моисея, то Иисуса, и еще Самуила, и в другое время кого-либо другого из Пророков, и посредством одного человека, упражняющегося в любомудрии, благодетельствует всем его единоплеменникам, так посредством одного народа израильского призывает в общение веры все народы, потому что и они одного естества с Израилем.

А что сие действительно так, свидетельствует блудница Раав, для которой, хотя была иноплеменница и блудница, достаточно стало одной молвы и ради оной приняла она благочестие, вознерадела о своих и отдалась в руки чужим, ибо говорит: слышали мы, что Господь Бог сотвори с Египтянами, и нападе бо страх ваш на ны (Нав.2:9). Посему делает условия с соглядатаями и подтверждает их клятвою.

О том же свидетельствуют и иноплеменники, которые убоялись присутствия у них кивота и говорили друг другу: сей есть Бог, побивший Египта, горе нам иноплеменникам (1Цар.4:8). Для сего-то Бог, хотя передает кивот иноплеменникам, обличая беззаконие Своего народа (закону не надлежало соделываться защитником явных нарушителей закона), однако же охраняет досточтимость преданного им кивота, научая тем иноплеменников, что одержали они победу не над Богом, но над беззаконием людей. Посему устрояет, что Дагон - этот безгласный и безчувственный идол, но которому иноплеменники поклонялись, как Богу, - падает пред кивотом и приемлет на себя вид поклоняющегося, чтобы дознали иноплеменники различие между ним и кивотом. Они же по неразумию снова восставляют Дагона, и снова видят его падшим и поклоняющимся. Потом, оставаясь в великом своем скудоумии и не пожелав видеть различия, научены опытом уцеломудриться и, понесши наказание, образумились, отрезвились от упоения невежества и отсылают кивот, как и надлежало, к собственным его служителям и, почтив его приношениями, возвещают о понесенных ими наказаниях, а тех, которые должны принять его, извещают, как будет возвращен.

Так поступил Бог и с Валтасаром. Поелику народ израильский поползнулся на великое нечестие, то отсылает его Бог пленным в Вавилон, и священные сосуды делаются военною добычею неприятелей. Но Навуходоносор удалил их как Божественные от общего употребления и внес в храм почитаемых у них богами; сын же его, т.е. Валтасар, не вразумившись бедствиями отца, не обратив внимания, какие наказания понес он за свое высокомерие, даже почтив, как полагал, сии Божественные сосуды, износит на среду, что навсегда посвящено было Богу, пьет, нечестивец, из этих сосудов и пирующим с ним предлагает сию неприкосновенность. И в это самое время произносится приговор на нечестивого: невидимая чья-то рука пишет на стене определение Божие. Царь остается пока в недоумении, будучи не в состоянии прочесть и узнать силу написанного; матерь же его изводит на среду Даниила, который неоднократно разрешал отцу подобные недоумения. И Даниил прочел, истолковал и указал причину наказания, говоря: когда в наказание за грехи соделались мы пленниками, тогда и сии сосуды, посвященные нами Богу, предал Он поработившему нас, научая тем, что, не имея в них нужды, терпел наши жертвоприношения, но, пока были мы благочестивы, принимал нами приносимое, желая оказать нам милость; когда же поползнулись мы в нечестие, отринул и принесенные нами дары. Да и отец твой, имея об этом некоторое понятие, почтил, как полагал он, сии сосуды, удалив от людского употребления и посвятив мнимым своим богам. А ты, не помыслив о возданной отцом чести, впал в бездну высокомерия и поругался над священными чашами. Посему-то Владыка их, не о вещах неодушевленных прилагая попечение, но промышляя о людях, извещает, какой конец высокомерия, и твоим наказанием многим людям дает урок благочиния. Так сказал Даниил, и Валтасар в ту же ночь приял казнь.

Вот как Творец всяческих всегда промышлял о всех людях, не только ведущих род от Авраама, но о всех потомках Адамовых, и посредством одного народа приводил к Боговедению все народы. И всем человекам предлагал чрез него учение, не только, когда был он благочестив, но и когда нес наказание за свои беззакония. И именно этого Навуходоносора, высокомерного мучителя, воздвигшего золотой кумир, повелевавшего, чтобы все поклонялись ему, и говорившего: выше звезд небесных поставлю престол мой... взыду выше облак, буду подобен Вышнему (Ис.14:13-14), вселенную всю объиму рукою моею яко гнездо, и яко оставленная яйца возму (10:14), не чрез Ангелов Бог всяческих научал целомудрию, но чрез тех, которые им самим взяты были в плен. Ибо когда увидел, что три отрока, не исполнив царского узаконения, страшную эту пещь пренебрегли, как игрушку, ходят по углям, как по розам, и преданные такому пламени песнословят Бога, как дивится он чуду, как изумевает пред Содетелем чуда, повелевает всем поклоняться Богу отроков, именует Его Вышним, называет Богом и Царем всех.

Так и оного ассириянина, который вознеистовствовал против Бога и произнес безумные сии слова: "Не спасет вас Господь Бог от руки моей, и где боги народов?" - довел до познания собственного своего безсилия, принудил бежать одного, а те многие тысячи, которыми он величался, в краткое мгновение времени чрез единого Ангела предал смерти.

Так Иону послал к ниневитянам проповедником покаяния; и не восхотевшего исполнить повеление, но неразумно вознамерившегося бежать, связывает волнами и, как в некое узилище, предает в утробу кита; и неразумная рыба отводит разумного туда, где повелено ему проповедовать.

Когда же наступило время совершиться великой тайне домостроительства, и по Божественном вочеловечении в целой вселенной рассеяться проповеди, тогда уже сей народ, по особенному благодеянию вначале избранный из всех народов, рассеивает также в целой вселенной, чтобы все, одержимые прелестию многобожия, навыкли слышать, что Един есть Бог. Творец неба и земли, и чрез это более удобною соделалась проповедь и божественным Апостолам.

Но, может быть, скажет иной, что иудеи не только не содействовали учению о Христе, а даже крайне противодействовали и служили препятствием для язычников, хотевших уверовать. Напротив того, если кто пожелает исследовать сие в точности, то найдет, что самое противление иудеев способствовало вере язычников, потому что беседа с иудеями и доказательства, приводимые из Закона и Пророков, как служили ясным обличением неразумия иудеев, так показывали язычникам, что христианский образ жизни проповедуем был издревле. И свидетельство, заимствованное у врагов, делало достоверным проповедуемое учение. Проповедники сего учения выставляли на среду и патриарха Авраама, приявшего сии обетования, и Исаака - этот плод обетования, и Иакова, получившего от отца сие благословение, и Иуду, преемственно наследовавшего то же отеческое благословение, и Моисея, о сем предрекшего, и царя Давида, то же предвещавшего, и Исаию, и Иеремию, о том же пророчествовавших, и Иезекииля, и Даниила, сие же провозгласивших Духом, и весь сонм Пророков, ясно предуказавших сбывшееся с нами. И слышавшие, видя, что иудеи сами признают вещания сии Божественными, а также усматривая благодеяния, совершаемые именем Христовым, и сии знамения приемля залогом преподаваемого учения, легко принимали проповедь, веровали в проповедуемого Бога, гнушались же превратных иудейских толков. Поэтому непокорность Иудеев не только не служила препятствием Божественной проповеди, но тем самым, что они предпринимали противодействовать, придавала достоверность учению, потому что противоречие понуждало выставлять на среду Господни свидетельства, а свидетельства сии обличали ложь и открывали свет истины.

Посему Бог всяческих издревле продолжал домостроительство спасения человеков и прилагал о сем попечение, приличное каждому времени. Сему научая, блаженный Павел сказал: в елико время наследник млад есть, ничимже лучший есть раба, Господь сый всех: но под повелители и приставники есть даже до нарока отча. Такожде и мы, егда бехом млади, под стихиами бехом мира порабощени: егда же прииде кончина лета, посла Бог Сына Своего Единороднаго, раждаемаго от Жены, бываема под законом, да подзаконныя искупит, да всыновление восприимем (Гал.4:1-5). А что к сему домостроительству приступил Бог, не по принятому Им вновь усмотрению, но так постановил Он изначала, сему да научит нас тот же свидетель, который в послании к Коринфянам пишет: Премудрость же глаголем в совершенных, премудрость же не века сего, ни князей века сего престающих, но глаголем премудрость Божию в тайне сокровенную, юже предустави Бог прежде век в славу нашу, юже никтоже от князей века сего разуме: аще бо быша разумели, не быша Господа славы распяли (1Кор.2:6-8). Ибо не из зависти к благоденствию людей доставили им случай к сему приобретению высочайшего блаженства, но не зная цели сей тайны, восстали на Спасителя душ наших и невольно соделались для нас снабдителями высочайших благ. Посему, хотя тайна была сокровенна, но предопределена прежде веков.

А поэтому, уведав сие, дознав на все простирающееся Божие Промышление, усматривая неизмеримое человеколюбие, видя безмерное милосердие, престаньте неистовствовать против Создателя, научитесь песнословить Благодетеля, благопризнательным словом воздайте за великие благодеяния. Пожрите Ему жертву хвалы (Пс.106:22), не скверните языка хулою, соделайте его орудием песнопения, как на сие он и устроен. Поклоняйтесь тем Божиим смотрениям, которые видимы, и не любопытствуйте о тех, которые сокровенны, но ожидайте дознания, которое будет в свое время. Когда совлечемся страстей, тогда приобретется совершенное ведение. Не подражайте Адаму, который отважился вкусить запрещенных плодов, не касайтесь сокровенного, но ведение сего предоставьте надлежащему времени. Послушайтесь премудрого, который говорит: несть рещи: что сие; на что сие; вся бо на потребу их создана быша (Сир.39:27). Посему отовсюду собирая поводы к песнословиям и срастворив их в одно песнопение, вознесите оное с нами Творцу, и Благодаятелю, и Спасителю Христу, Истинному Богу нашему. Ему слава и поклонение, и велелепие в нескончаемые веки веков! Аминь.

Блаженный Феодорит епископ Кирский. Десять глав о промысле. - М.: 1996, сс. 171-200.
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение