страницы А.Лебедева [pagez.ru]
Начало: Духовные стороны христианства

ЗАВИСТЬ

Зависть-это порча жизни

Зависть-это порча жизни, поругание природы, вражда против того, что дано нам от Бога, противление Богу (7, 157).

Другой страсти, более пагубной, чем зависть, и не зарождается в душах человеческих (7, 155).

Как ржавчина изъедает железо, так зависть-душу, в которой она живет (7, 155).

Зависть есть самый непреодолимый род вражды (7, 157).

Других недоброжелателей более кроткими делают благотворения. Завистливого же и злонравного еще более раздражает сделанное ему добро (7, 159).

Этим оружием от сложения мира и до скончания века всех уязвляет и желает низложить истребитель нашей жизни-диавол (7, 160).

Из зависти, как из источника, проистекает для нас смерть, лишение благ, отчуждение от Бога (7, 165).

Диавол радуется нашей гибели; сам пал от зависти и нас низлагает с собою той же страстью (7, 160).

Будем остерегаться зависти, чтобы не стать сообщниками противника-диавола и впоследствии не подвергнуться одному с ним осуждению. Святитель Василий Великий (7, 155).

Если борет тебя зависть-вспоминай, что все мы члены Христовы, и как честь, так и бесчестие ближнего у нас с ним общие-и успокоишься (34, 97).

Горе завистникам, ибо они делают себя чуждыми Благости Божией. Преподобный авва Исаия (34, 195).

Как червь, зарождающийся в дереве, прежде всего поедает самое дерево, так и зависть прежде всего сокрушает душу, породившую ее. А тому, кому завидует, делает не то, чего желала бы, а совсем противное... Ибо злоба завидующих доставляет только большую славу тем, которые подвергаются зависти (за добродетель), потому что страдающие от зависти преклоняют Бога себе .на помощь и пользуются содействием свыше, а завидующий благодати Божией легко впадает в руки всех (38, 516).

Тем, которые не освободились от этой болезни, невозможно совсем избежать гееннского огня, уготованного диаволу. А освобождаться от болезни мы станем тогда, когда помыслим, как возлюбил нас Христос и как повелел нам любить друг друга (43, 561),

Будем избегать этой пагубной страсти и всеми силами исторгать ее из своей души. Это-гибельнейшая из всех страстей и вредит самому спасению нашему; это изобретение самого диавола (38, 517).

Когда зависть овладеет душою, то не прежде оставляет ее, как доведет уже до последней степени безрассудства (38, 650).

Хотя бы подавал милостыню, хотя бы вел трезвенную жизнь, хотя бы постился, но ты преступнее всех, если завидуешь брату твоему (42, 240).

Завистливый живет в непрестанной смерти, всех считает своими врагами, даже тех, которые ничем его не обидели. Он скорбит о том, что воздается честь Богу; радуется тому, чему радуется диавол (42, 384).

Зависть-страшное зло и полна лицемерия. Она наполнила вселенную бесчисленными бедствиями... От нее страсть к славе и стяжанию; от нее властолюбие и гордость (42, 435).

Какое ни увидишь зло, знай, что оно от зависти. Она вторглась и в церкви. Она издавна была причиной множества зол. Она породила сребролюбие. Эта болезнь извратила все и растлила правду (42, 435).

Плачь и стенай, рыдай и моли Бога; научись относиться к зависти, как к тяжкому греху, и каяться в нем. Если так поступишь, то вскоре исцелишься от этого недуга (41, 432).

Ныне зависть не считается и пороком, почему и не заботятся об избавлении от нее. Святитель Иоанн Златоуст (41, 432).

Корень зависти-гордость

Корень и начало зависти есть гордость. Гордый, поскольку хочет вознестись выше прочих, не может терпеть, чтобы кто-нибудь был ему равен, а особенно выше его, был в благополучии, потому и негодует о возвышении его. Смиренный завидовать не может, ибо видит и признает свое недостоинство, прочих же считает более достойными, поэтому и о дарованиях их негодования не имеет. Страсть эта есть в тех, которые мнят о себе, что они есть нечто в мире, и так высоко о себе мечтая, прочих считают за ничто. Так негодует гордый Саул на кроткого и смиренного Давида, что ликующие жены приписали ему более похвалы, как сам Саул и говорит: "Давиду дали десятки тысяч, а мне тысячи" (1 Цар. 18, 8). Поэтому и начал гнать неповинного (104, 773).

Цель зависти в том, чтобы того, кому завидует, видеть в неблагополучии. Она рождается, когда начинается благополучие другого; перестает, когда прекращается его благополучие и начинается злополучие. Так, завистью низринуты наши праотцы из высокого блаженства в бедственное состояние. Зависть научила Каина восстать на брата своего Авеля и убить его. Дело зависти, что Иосиф продан в Египет. Зависти должно приписать, что иудеи вознесли на Крест Христа, Господа и Благодетеля своего. Так от гордости начинается зависть, от зависти ненависть, от ненависти злоба; злоба приводит к самому неблагополучному концу. Поэтому святой Златоуст говорит: "Корень убийства- зависть". Святитель Тихон Задонский (104, 768).

Зависть гибельнее и труднее для излечения, чем все пороки, ибо она еще более воспламеняется теми лекарствами, от которых страсти прекращаются. Например, кто скорбит о причиняемом ему вреде, тот исцеляется щедрым вознаграждением; кто негодует о нанесенной обиде, тот умиротворяется смиренным извинением. А что сделаешь тому, кто еще более оскорбляется тем, что видит тебя более смиренным и более приветливым, которого воспламеняет гневом не корыстолюбие... но раздражает чужое счастье. Кто же для удовлетворения завистливого захочет лишиться благ, потерять счастье, подвергнуться какому-либо бедствию? Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин (авва Пиаммон 53, 513).

Зависть-причина всякого зла, всему же доброму враг. По зависти Каин убил Авеля. Исав преследовал Иакова, Саул гнал Давида, и бесчисленное множество зол по зависти творится в мире. Зависть и ненависть затворяют Небо, ослепляют разум, помрачают душу, отягчают совесть, опечаливают Бога, веселят бесов. Тот, "кто ненавидит брата своего, тот находится во тьме, и во тьме ходит, и не знает, куда идет" (1 Ин. 2, 11),-говорил апостол. Зависть не может предпочитать полезное: "где зависть и сварливость,-говорит апостол,-там неустройство" (Иак. 3, 16). Итак, будь благодарен за свое положение, дарованное тебе от Бога; держись того, что дал тебе Бог, и не завидуй тем, кто больше тебя благополучием и честью; к чему ты призван, в чем устроен, в том и пребывай, о большем же завистливо не ревнуй. Облеченных честью от Бога и от людей и ты почитай и, отвечая им, будь любезен и смирен. Не отнимай завистью у того, кому Бог что-либо даровал, и не восхищай с гордостью себе, ибо никто не может ничего достать себе сам, если не даст ему Бог, ибо всякая власть и честь от Бога... Святитель Димитрий Ростовский (103, 1059-1060).

Жители Назарета дивились слову Господа, а все же не веровали: помешала зависть, как открыл Сам Господь. И всякая страсть противна истине и добру, зависть же больше всех, ибо сущность ее составляет ложь и злоба. Эта страсть самая несправедливая и самая ядовитая и для носящего ее, и для того, на кого она обращена. В малых размерах она бывает у всякого, если равный, а тем более худший берет верх. Эгоизм раздражается, и зависть начинает точить сердце. Это еще не так бывает мучительно, когда и самому открыта дорога; но когда она заграждается тем, к кому уже зачалась зависть, тогда стремлениям ее нет удержу, тут мир невозможен. Зависть требует свержения с горы своего противника, и не успокоится, пока как-нибудь не достигнет этого или не погубит самого завидующего. Доброжелатели, у которых симпатии преобладают над эгоистическими чувствами, не страдают от зависти. Это и указывает путь к Погашению зависти всякому, мучимому ею. Надо спешить возбудить доброжелательство, особенно к тому, которому завидуешь, и обнаружить это делом-тотчас зависть и стихнет. Несколько повторений в том же роде-и, с Божией помощью, она совсем уляжется. Но так оставить ее-измучит, иссушит и вгонит в гроб, если не одолеешь себя и не прекратишь делать зло тому, кому завидуешь. Епископ Феофан Затворник (115, 452).

Зависть-вражда против Бога

Зависть равносильна убийству: это причина первого человекоубийства, а потом и богоубийства. Святитель Григорий Палама (70, 269).

...Зависть, как яд, излитый василиском-диаволом, убивает самую жизнь веры, прежде нежели почувствуется рана. Ибо не против человека, а явно против Бога возносится хулитель, который, ничего другого в брате не похищая, кроме заслуги, порицает не вину человека, а только суды Божии. Зависть есть тот "горький корень" (Евр. 12, 15), который, поднимаясь в высоту, устремляется к поношению Самого Источника благ-Бога. Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин (авва Пиаммон 53, 513).

О, зависть-корабль осмоленный, адский, гибельный! Твой владелец-диавол, кормчий-змий. Каин-главный гребец. Ди-авол дал тебе в залог бедствия; змий, будучи кормчим, привел Адама к смертному кораблекрушению; Каин-старший гребец, потому что из-за тебя, зависть, он первый совершил убийство. У тебя от начала мачтою служит райское древо преслушания, снастями-ветви грехов, матросами-завистники, корабельщиками-демоны, веслами-хитрости, рулем-лицемерие. О, корабль-носитель бесчисленных зол! ... Там живет вражда, ссора, обман, сварливость, ругань, злословие, хула и все, что только мы ни назовем и чего ни опустим злого,-все это носит адский корабль зависти. Потоп не в силах был поглотить этот корабль, но Иисус потопил его силою Духа, источником Крещения. В этом корабле были и якоря, но они переплавлены в гвозди для Христа; в этом корабле была и мачта, но диавол вырубил из нее Крест; в этом корабле были и снасти, но ими удавился Иуда. В этом корабле иудеи наткнулись на скалу, потерпели крушение в вере и потому доныне плавают в глубине неведения. Впрочем, те из них, которые в силах ухватиться за Христово судно, спасаются; остальные погибают горькою смертью неведения. Святитель Иоанн Златоуст (44, 855).

"Старший же сын его был на поле" (Лк. 15, 25). До сих пор в притче шло рассуждение о младшем сыне, под которым должно подразумевать мытарей и грешников, призываемых Господом к покаянию; в таинственном же смысле здесь пророчествуется о будущем призвании язычников. Теперь речь переходит к сыну старшему. Многие относят ее к лицу вообще всякого святого, другие собственно к иудеям. В отношении к святым истолкование не трудно, если принять во внимание слова: "никогда не преступал приказания твоего" (15, 29), но не согласно со свойствами святого, что он завидует обращению брата. А что же касается иудеев, то хотя зависть о спасении брата совершенно в их духе, но не приложимо к ним то, что сказано о всегдашнем соблюдении отчей заповеди.

"Старший же сын его был на поле", потея от труда в земных заботах, удаленный от благодати Святого Духа и Отчего Совета. Это тот, который говорит: "я купил землю и мне нужно пойти посмотреть ее; прошу тебя, извини меня" (Лк. 14, 18). Это тот, который купил пять пар волов, и под тяжестью закона наслаждается чувственными удовольствиями. Это тот, который, взяв жену, не может прийти на брак, и, став плотью, никак не может соединиться с Духом. Старшему сыну в другой притче соответствуют работники, посылаемые в виноградник в первый, третий, шестой, девятый часы, то есть в разное время, и негодующие на то, что с ними уравнены в плате работники одиннадцатого часа.

"И возвращаясь, когда приблизился к дому, услышал пение и ликование; и, призвав одного из слуг, спросил: что это такое?" (Лк. 15, 25). И ныне Израиль спрашивает, почему радуется Бог при принятии язычников, но, отягченный завистью, не может узнать Отеческой воли.

"Он сказал ему: брат твой пришел, и отец твой заколол откормленного теленка, потому что принял его здоровым" (Лк. 15, 27). Причиной радости служит провозглашаемое во славу Божию на этой земле спасение язычников, спасение грешников: радуются Ангелы, готова к радости и вся тварь; об одном только Израиле говорится: "он сердился и не хотел войти" (Лк. 15, 28). Гневается, что в его отсутствие был принят брат; гневается, что жив тот, кого он считал погибшим. И теперь стоит за дверями Израиль, и теперь, когда ученики слушают Евангелие в церкви, мать его и братья стоят за дверями, ища его (Мф. 12, 46-50).

"Отец же его, выйдя, звал его" (Лк. 15, 28). Как благой и милостивый, отец просит сына принять участие в домашней радости; просит Отец через апостолов, просит через проповедников Евангелия. Павел говорит об этом: "от имени Христова просим: примиритесь с Богом" (2 Кор. 5, 20). И в другом месте: "вам первым надлежало быть проповедану слову Божию, но как вы отвергаете его и сами себя делаете недостойными вечной жизни, то вот, мы обращаемся к язычникам" (Деян. 13, 46).

"Но он сказал в ответ отцу: вот, я столько лет служу тебе" (Лк. 15, 29). Отец милостливо просит о согласии, а он, следуя правде законной, не покоряется правде Божией. Но какая же правда более той правды Божией, которая прощает кающихся, принимает возвратившегося сына? "Вот, я столько лет служу тебе и никогда не преступал приказания твоего",-как будто не было преступлением заповеди то самое, что он завидовал опасению другого, что хвалится правдою перед Богом, когда никто перед Ним не чист. Ибо кто может самодовольно признать себя обладателем чистого сердца, хотя бы и один день прожил на земле? Давид исповедует: "я в беззаконии зачат, и во грехе родила меня мать моя" (Пс. 50, 7). И в другом месте: "если Ты, Господи, будешь замечать беззакония,-Господи! кто устоит?" (Пс. 129, 3). А упоминаемый в притче старший сын говорит, что никогда не преступал заповеди, тогда как столько раз предаваем был пленению за идолослужение! "Вот, я столько лет служу тебе и никогда не преступал приказания твоего". Относительно этого говорит апостол Павел: "Что же скажем? Язычники, не искавшие праведности, получили праведность, праведность от веры. А Израиль, искавший закона праведности, не достиг до закона праведности. Почему? потому что искали не в вере, а в делах закона" (Рим. 9, 30-32). Таким образом, и о старшем сыне можно сказать, что он, по выражению апостола, без преткновения в области правды, которая от закона: хотя мне кажется, что иудей больше тщеславится, чем говорит истину, подобно тому фарисею, который говорил: "Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или- как этот мытарь" (Лк. 18, 11).

Спрашиваю тебя: не видишь ли ты, что то же самое, что фарисей сказал о мытаре, старший брат говорил о младшем: "этот сын твой, расточивший имение свое с блудницами" (Лк. 15, 30)? На слова сына: "Никогда не преступал приказания твоего", отец ничего не отвечает; не утверждает, истинно ли сказанное сыном, но укрощает гнев его другим способом: "Сын мой! ты всегда со мною" (Лк. 15, 31). Он не сказал: ты говоришь правду, ты делал все, что Я повелевал, но говорит: "Ты всегда со Мною"-со Мною посредством закона, которому ты подчинен; со Мною, когда познаешь Меня в пленениях; со Мною не потому, что соблюдаешь Мои заповеди, но потому, что Я не позволил тебе отойти в далекую сторону. Со Мною, наконец, потому, что Я сказал Давиду: "Если сыновья его оставят закон Мой и не будут ходить по заповедям Моим; если нарушат уставы Мои и повелений Моих не сохранят: посещу жезлом беззаконие их, и ударами-неправду их; милости же Моей не отниму от него" (Пс. 88, 31-34). По этому свидетельству оказывается ложным то, чем хвалится старший сын, поскольку в судьбах Божиих он не ходил и заповедей Его не исполнял. Каким же образом, не соблюдая заповеди, он, по словам притчи, всегда был с отцом? Потому, что после грехов он был посещаем жезлом, а посещенному не отказывалось в милосердии. Не должно также удивляться, что осмелился стать перед отцом тот, который мог завидовать брату; в день Суда некоторые солгут еще бесстыднее, сказав: "не от Твоего ли имени мы пророчествовали... и не Твоим ли именем многие чудеса творили" (Мф. 7, 22).

"Но ты никогда не дал мне и козленка, чтобы мне повеселиться..." Сколько, говорит Израиль, пролито крови, столько тысяч людей убито, и никто из них не стал искупителем ради нашего спасения. Сам Иосия, угодивший пред лицем Твоим (4 Цар. 23), и в недавнее время маккавеи, сражавшиеся за Твое наследие, нечестиво были умерщвлены мечами врагов, и ничья кровь не возвратила нам свободы... Ни пророк, ни священник, ни какой-либо праведник не приносился в жертву за нас. А за блудного сына, то есть за язычников, за грешников, пролита Кровь, более славная, чем все сотворенное. И тогда как заслужившим Ты не дал и малого, не заслужившим дал гораздо больше. "Никогда не дал мне и козленка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими" (Лк. 15, 29). Напрасно говоришь так, Израиль, скажи лучше: чтобы я повеселился с Тобою. Разве для тебя может быть какое-нибудь иное удовольствие, если Отец не празднует с тобою на пиру? Научись, по крайней мере, из настоящего примера. Когда возвратился младший сын, радуются и отец, и слуги. "Станем есть,-говорит отец,-и веселиться!" (Лк. 15, 23), а не ешьте и веселитесь. Но ты, по той склонности душевной, по которой завидуешь брату, по которой удаляешься от лицезрения Отца и всегда пребываешь на поле, ты и теперь хочешь пировать без Него. "Никогда не дал мне и козленка..." Никогда Отец не даст в дар худшего: заколот теленок, войди, ешь с братом. Зачем просишь козленка ты, для которого готов Агнец? И чтобы ты не притворялся, будто не знаешь, что Агнец готов, Иоанн указал тебе его в пустыне: "вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира" (Ин. 1, 29). И Отец, как милостивый и принимающий раскаяние, просит тебя есть тельца, не закалывая козла, который стоит по левую сторону. Но в конце века ты сам заколешь для себя козла, антихриста, и с друзьями своими, нечистыми духами, напитаешься его плотью, во исполнение пророчества: "Ты сокрушил голову левиафана, отдал его в пищу людям пустыни" (Пс. 73, 14).

"Когда этот сын твой, расточивший имение свое с блудницами, пришел, ты заколол для него откормленного теленка" (Лк. 15, 30). Сознает и теперь Израиль, что был заклан телец: знают, что пришел Христос, но мучаются завистью и не хотят спасения без погибели брата.

"Он же сказал ему: сын мой! ты всегда со мною, и все мое твое" (Лк. 15, 31). Называется сыном, хотя тот и не хочет войти. Но каким образом все Божие принадлежит иудеям? Неужели и Ангелы, Престолы, Господства и прочие Силы? Очевидно, что под всем должно разуметь закон, пророков, божественные речи. Все это Бог дал иудеям, чтобы они поучались в законе Его день и ночь...

"А о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся" (Лк. 15, 32). Итак, будем надеяться, что и мы, сделавшись мертвыми через прегрешения, можем ожить в покаянии. В настоящей притче возвращается сам сын, подобно тому, как в прежних притчах приносится назад заблудшая овца и обретается потерянная драхма. Все три притчи заключаются одинаково: "пропадал и нашелся", чтобы посредством различных уподоблений мы уразумели одну и ту же мысль о принятии грешников. Блаженный Иероним (116, 193-196).

предыдущий материал оглавление продолжение...

 
 






Copyright © 2001-2007, Pagez, hosted by orthodoxy.ru
Православное книжное обозрение